Дети трудовых мигрантов после достижения 18 лет должны в течение 30 дней покинуть Россию или оформить патент на работу.
Владимир Путин подписал пакет законов, ужесточающий правила пребывания мигрантов в России.
Иностранцы будут обязаны содержать себя и членов семьи на уровне не ниже прожиточного минимума с региональным коэффициентом. Он не может превышать среднемесячную зарплату. Если мигрант трудится одновременно в нескольких субъектах, расчет ведется по наибольшему показателю.
Закон также вводит механизм контроля за доходами мигрантов. Налоговые органы будут направлять в МВД информацию о заработке за три, шесть, девять и 12 месяцев. Соцфонд будет передавать сведения о работе, и, если доходы иностранца окажутся ниже установленного уровня, его трудовой договор будет считаться прекращенным, а срок пребывания в России сокращен.
Кроме того, срок временного пребывания детей мигрантов, в том числе усыновленных или находящихся под опекой, продлевают на время действия патента их родителя, но не позднее достижения ребенком 18-летнего возраста.
Для продления пребывания взрослые будут обязаны делать авансовый платеж по НДФЛ с учетом каждого ребенка. Если патент не продлен либо аннулирован, иностранец вместе с детьми должен покинуть Россию в течение 15 дней.
Мигрант по достижении 18 лет должен в течение 30 дней уехать из страны, за исключением двух случаев: если у него есть законные основания для проживания или он в этот же срок подаст заявление на патент и сделает авансовый платеж по НДФЛ. При этом подавать документ об образовании в этом случае не нужно. Источник
Таджики потушили Вечный огонь и лишились гражданства
В Улан-Удэ, в парке «Мемориал Победы», двое отпрысков семей из Таджикистана, уже получивших российские паспорта, потушили Вечный огонь. Во время задержания они заявили, что не считают свой поступок серьёзным и не понимают, почему он вызвал такую реакцию.
Дальше — не привычная история про штраф и лекцию в школе. МВД по Бурятии подняло документы на глав обоих семейств. Более 20 нарушений ПДД за год на человека. Уклонение от воинского учёта. Задолженности перед бюджетом. При этом — исправно оформленные социальные выплаты: одна из семей ежемесячно получала около 100 тысяч рублей пособий на детей.
Российский паспорт использовался как удобство. Обязательства к нему прилагались по остаточному принципу.
Гражданства обе семьи теперь лишены и поедут на родину. Где, видимо, в надругательстве над мемориалами не видят ничего противозаконного.
Постепенное ужесточение миграционного законодательства последних лет — новый закон «О гражданстве», обязательный воинский учёт для натурализованных, расширенный перечень оснований для прекращения гражданства, ужесточение проверок при выдаче паспортов — начинает давать результат.
С момента вступления закона в силу территориальные органы МВД приняли более 4,5 тысячи решений о прекращении гражданства «ценных специалистов». Практика перестаёт быть точечной и превращается в системную.
"Спасибо, как будто в плену побывал"
Семейная пара приехала на рынок, не зная, что их ждёт большая разборка с толпой разъярённых "ценных специалистов". Их не остановило ни то, что перед ними женщина, ни травматический пистолет в руке её мужа – действующего участника СВО. Желающих помочь из тех, кто был рядом, не нашлось. Надежда была только на полицию, но вот тут началось самое интересное.
В Санкт-Петербурге для участников спецоперации работает цифровой сервис "Возвращение с СВО". При этом, как стало известно недавно, в городе действует и его аналог – "сервис", созданный "ценными специалистами".
Эта история произошла с Михаилом – участником спецоперации, который уже четвёртый год на фронте, но недавно приехал домой в отпуск, а также с его женой Анной (Имена изменены. – Ред.) на Красносельском рынке. Пока супруг отлучился, Анна осталась в машине одна. В этот момент мимо проезжал погрузчик с палетами, который зацепил их авто. Негодование женщины можно было вполне понять. Однако вместо "извините", грузчик-мигрант набросился на Анну с отборной бранью, угрожая её изнасиловать. В этот момент вернулся Михаил:
Я объяснил, что так делать не надо. Он убежал. Мы не стали развивать конфликтную ситуацию. Бесполезно. Решили уехать. Но грузчик позвал подмогу, и, когда мы отъезжали, на нас напали.
Один из мигрантов налетел и разбил стекло в машине со стороны Анны. Женщина начала кричать, несколько осколков оцарапали ей лицо. В это время Михаилу прилетел удар ногой в голову от другого мигранта. Пока он был в нокдауне, нападавшие стали пытаться вытащить его из машины. Михаил понял, что бой неравный. Он достал травмат и несколько раз выстрелил.
"Это не возымело успех, так как их прибежало много. Меня вытащили из машины и стали избивать ногами",– продолжает Михаил.
В это время Анна дрожащими руками стала набирать "112". Через некоторое время приехал наряд полиции. И вот тут началось самое странное.
Как заявляет Михаил, сотрудники "встали на сторону нападавших", а ему "даже не оказали медицинскую помощь". Участников конфликта доставили в отдел.
"Спасибо большое. Как будто в плену побывал, потом передали заявление в военную прокуратуру. У меня при этом заявление не приняли. Жену, пока она находилась в отделе, держали вместе с нападавшими. Один из них нагло угрожал ей расправой. Заявление от жены в итоге было принято через дежурную часть. Но дела никакого нет",- с досадой говорит Михаил.
По его словам, нападавшие из отдела прямо отправились домой. Вся эта ситуация вызвала у защитника Родины недоумение:
"Я не понимаю… Я четыре года на фронте. Был на передовой. Я не понимаю, за что я воюю… Мне надо уходить на СВО обратно и, возможно, как сделала наша полиция – спасибо большое – преступником оказался я, и мне придётся искупать это кровью в штурмовом отряде", – завершает свой рассказ Михаил с тревогой о жизни и здоровье супруги, намекая, что "ценные специалисты" могут как-то попытаться свести с ней счёты.
Чем закончится история в Петербурге, неизвестно. Не исключено, что дело приобретёт другой оборот после того, как вмешается Следственный комитет, в который уже обратился Михаил.
Картина, конечно, складывается дикая: мигранты, толпами нападающие с кулаками, арматурой, ножами и травматами на людей, которых президент России называет подлинной элитой. А тут ещё и полиция сделала из представителя элиты, как сказал Михаил, "преступника". Неудивительно, что у нас в стране остаётся последняя инстанция в поисках правды – ведомство Александра Бастрыкина.
Источник
В Санкт-Петербурге для участников спецоперации работает цифровой сервис "Возвращение с СВО". При этом, как стало известно недавно, в городе действует и его аналог – "сервис", созданный "ценными специалистами".
Эта история произошла с Михаилом – участником спецоперации, который уже четвёртый год на фронте, но недавно приехал домой в отпуск, а также с его женой Анной (Имена изменены. – Ред.) на Красносельском рынке. Пока супруг отлучился, Анна осталась в машине одна. В этот момент мимо проезжал погрузчик с палетами, который зацепил их авто. Негодование женщины можно было вполне понять. Однако вместо "извините", грузчик-мигрант набросился на Анну с отборной бранью, угрожая её изнасиловать. В этот момент вернулся Михаил:
Я объяснил, что так делать не надо. Он убежал. Мы не стали развивать конфликтную ситуацию. Бесполезно. Решили уехать. Но грузчик позвал подмогу, и, когда мы отъезжали, на нас напали.
Один из мигрантов налетел и разбил стекло в машине со стороны Анны. Женщина начала кричать, несколько осколков оцарапали ей лицо. В это время Михаилу прилетел удар ногой в голову от другого мигранта. Пока он был в нокдауне, нападавшие стали пытаться вытащить его из машины. Михаил понял, что бой неравный. Он достал травмат и несколько раз выстрелил.
"Это не возымело успех, так как их прибежало много. Меня вытащили из машины и стали избивать ногами",– продолжает Михаил.
В это время Анна дрожащими руками стала набирать "112". Через некоторое время приехал наряд полиции. И вот тут началось самое странное.
Как заявляет Михаил, сотрудники "встали на сторону нападавших", а ему "даже не оказали медицинскую помощь". Участников конфликта доставили в отдел.
"Спасибо большое. Как будто в плену побывал, потом передали заявление в военную прокуратуру. У меня при этом заявление не приняли. Жену, пока она находилась в отделе, держали вместе с нападавшими. Один из них нагло угрожал ей расправой. Заявление от жены в итоге было принято через дежурную часть. Но дела никакого нет",- с досадой говорит Михаил.
По его словам, нападавшие из отдела прямо отправились домой. Вся эта ситуация вызвала у защитника Родины недоумение:
"Я не понимаю… Я четыре года на фронте. Был на передовой. Я не понимаю, за что я воюю… Мне надо уходить на СВО обратно и, возможно, как сделала наша полиция – спасибо большое – преступником оказался я, и мне придётся искупать это кровью в штурмовом отряде", – завершает свой рассказ Михаил с тревогой о жизни и здоровье супруги, намекая, что "ценные специалисты" могут как-то попытаться свести с ней счёты.
Чем закончится история в Петербурге, неизвестно. Не исключено, что дело приобретёт другой оборот после того, как вмешается Следственный комитет, в который уже обратился Михаил.
Картина, конечно, складывается дикая: мигранты, толпами нападающие с кулаками, арматурой, ножами и травматами на людей, которых президент России называет подлинной элитой. А тут ещё и полиция сделала из представителя элиты, как сказал Михаил, "преступника". Неудивительно, что у нас в стране остаётся последняя инстанция в поисках правды – ведомство Александра Бастрыкина.
Источник
Да, полиция у нас мягко говоря странная. Только на Бастрыкина и РО и можно надеяться.
В страну заехали миллионы открытых врагов Отечества.
Против россиян они без колебаний используют кулаки, арматуру, ножи, травматы и огнестрел.
Нужны не просто меры, а меры ЭКСТРАОРДИНАРНЫЕ.
------------------
По конкретному эпизоду всё отделение полиции должно быть расформировано, а его руководство уволено из полиции. А если расследование покажет наличие коррупционных действий, - виновным реальные сроки.
Красносельский рынок закрыть на год, против владельца возбудить уголовное дело, всех нападавших депортировать, остальных абу-торговцев прошерстить.
------------------
В отношении мигрантов за основу взять законодательство Саудовской Аравии.
Карать жестоко. По-другому мы страну не очистим.