У вчерашнего омского выступления Токаева насчет "поставить на заморозку все это дело" с хохлами на том основании, что ему-де непонятна "природа этого конфликта", измерений два, внешнее и его внутреннее.
Токаев не выдумывает и не преувеличивает, когда говорит, что ему на этот счет поступает множество сигналов из Европы с Америкой, то есть от тех самых сил, которым республика и особенно ее недра давным-давно распроданы навынос и распивочно. И совокупная сила этих сигналов, вернее, зависимости от подающих их субъектов, такова, что противиться им не получается: даже при том, что с точки зрения такта по отношению к принимающей стороне выглядит это так себе, пожелания приходится удовлетворять.
И в этом месте ясно как день, что противник расписывается большими буквами и в сегодняшней тяжести, и в завтрашних перспективах своего стратегического положения в войне: будь у противника хоть какие-то надежды на перемогу, передышки бы он не вымаливал. Тем более такими средствами, объективно заведомо (по крайней мере для нас) негодными. Что, в частности, очень многое говорит о цене вражеской риторики про перелом в войне - это продукт для строго внутреннего употребления, да и там уже успевший пустить запашок.
А внутреннее измерение токаевской риторики имеет немало граней, начиная от необходимости считаться с позицией немаленькой русофобской прослойки внутри республики, но главная из них, разумеется - критическая зависимость всей местной экономики и в целом внутренней стабильности от нефтяного экспорта через Новороссийск. В 2022 этим инструментом пользовались мы сами, чтобы в корне пресечь попытки поставок Казахстаном оружия хохлам.
Сейчас, в отсутствие даже малейших рациональных к тому причин, этим инструментом активно пользуются сами хохлы, делая только хуже и себе и хозяевам. Полностью остановить казахстанский экспорт им, так или иначе, удалось - и Токаеву, похоже, кажется, что самым эффективным способом попробовать с этим сделать хоть что-то будет просить нас поступиться своими фундаментальнейшими национальными интересами ради его собственных.
Путин, слушая эту просьбу, проявил по отношению к гостю выдержку, которую трудно назвать иначе чем сверхчеловеческой. Ограничившись, со всей кротостью, обещанием в закрытом режиме информировать гостя в деталях о происходящем - и, понятно, контекстно также о том, почему удовлетворение его желания на повестке дня не стоит и не окажется.
Не сомневаюсь ни капли, что и это информирование было осуществлено с той предельной вежливостью и такой же выдержкой, которым у Верховного стоит поучиться великому множеству коллег со всех закоулков глобуса.
АДЕКВАТ Z
Владимир Аватков
Омская встреча Владимира Путина и Касым-Жомарта Токаева оказалась очень показательной. Пока внимание приковано к словам о «стамбульской формуле» и странной, будто чужой, идее заморозки, которая невозможна, важно и другое: даже предлагая своё видение урегулирования, Токаев сразу оговаривается, что без России никакие гарантии невозможны, а посредники Москве не нужны.
Фактически это признание простого факта: ключи от безопасности постсоветского Востока находятся не в Пекине, Анкаре, Вашингтоне или Лондоне.
Сегодня, несмотря ни на что, на постсоветском пространстве процессы на уровне сознания крутятся вокруг России. Всë хорошее и плохое ассоциируется с нами. «Это Россия вмешалась», «Как же Россия не вмешалась». Даже в Прибалтике политическое мышление выстроено вокруг нас, хотя и в негативном ключе. Что уж говорить о Средней Азии.
Здесь разворачивается своя «Большая игра» и сталкиваются сразу несколько моделей будущего. Турция продвигает идеи турецкого мира и стремится превратить культурную близость в политическое влияние. Китай последовательно привязывает регион к своим транспортным и экономическим маршрутам. Запад работает с элитами, предлагая альтернативную архитектуру безопасности. Каждый хочет стать центром притяжения. Лавировать между центрами сложно: когда ставки растут, наступает момент, когда приходится определяться.
Россия остаётся единственной силой, которая предлагает Средней Азии не поглощение, а пространство общей безопасности, торговли и логистики.
Цифры говорят сами за себя: товарооборот России и Казахстана продолжает расти, развивается коридор «Север — Юг», расширяются транспортные связи, укрепляется ЕАЭС. Политические лозунги масло на хлеб не намажут, а дороги, рынки, рабочие места и инфраструктура остаются.
Именно поэтому вопрос сегодня звучит гораздо глубже, чем отношения Москвы и Астаны. Россия нужна как созидательная сила. От нас многого ждут, и от нас слишком многое зависит. Без России никакие гарантии невозможны, а посредники Москве не нужны — эта формула Токаева намного шире украинского кейса.
От наших инициатив зависит практически всë. Без них будут появляться лондонские и турецкие идеи, и удивляться им не стоит: свято место пусто не бывает, а борьбу и конкуренцию никто не отменял.
Но всё же: без России порядку на постсоветском пространстве не бывать.
Комментариев нет:
Отправить комментарий