https://www.youtube.com/watch?v=OJomUNGUSj8
Сентябрь для российской внешней политики задался. Он стартовал с саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в Бишкеке, где Владимиру Путину выдалась возможность лишний раз очно пообщаться с Си Цзиньпином и Нарендрой Моди. Затем в Кремль пожаловали Джаред Кушнер и Стив Виткофф, исполнявшие волю своего босса заключить сделку с российским руководителем по Украине. Однако наибольшее удовлетворение вызвали новости из Европы.
Зачем нужно партнёрство со сволочами? Чтобы вместе противостоять другим сволочам!
Уверенная победа партии «Альтернатива для Германии» (AfD) на выборах в Саксонии-Анхальт пахнет тем, что лояльная к Москве политическая сила возглавит региональное правительство в самом центре Евросоюза. Президенту Путину, у которого по известным причинам особое отношения к Германии, данное событие наверняка подняло настроение. Ведь в ЕС всё сильнее намечается раскол из-за украино-российского конфликта.
Нам возразят, дескать, все они одним миром мазаны, эти европейцы. Тем более что AfD – это, в сущности, замаскированные немецкие фашисты наших дней. Недаром официальные лозунги партии – «Время для Германии» и «Сделаем Германию снова великой», а неформальный – «Германия для немцев». Впрочем, в международных контактах РФ не шибко переборчива, последовательна и принципиальна. Достаточно вспомнить истории с признанием-непризнанием Талибана, налаживанием отношений с сирийским экстремистом аш-Шараа или ведением переговоров с украинским террористом Будановым*.
Теперь AfD рассчитывает на победу на федеральном уровне на ближайших выборах 2029 года. Она особенно популярна на территории бывшей ГДР, где уже заняла первое место на выборах 2024 года в Тюрингии. Эта праворадикальная сила сегодня на подъеме во многом благодаря бездарному правлению канцлера Фридриха Мерца. По признанию аналитиков, даже незадачливого предшественника Олафа Шольца можно назвать мессией в сравнении с Фридрихом Иоахимовичем.
Цепное брожение
На этом фоне в общем небольшая земля с ограниченным влиянием на национальную политику Саксония-Анхальт может послужить стартовой площадкой для коалиции во главе с крайне правыми и совершения конституционного переворота в ФРГ. Нам такой реалистичный вариант может быть интересен. Так, AfD ищет дружбы с противоположным политическим лагерем, например, с альянсом Сахры Вагенкнехт (BSW), отколовшимся от партии «Левые» (потомка восточногерманских коммунистов).
Сахра Вагенкнехт также выступает за сокращение поддержки Незалежной, мирные переговоры с РФ и отмену антироссийских санкций. Вдобавок у правых и левых совпадают взгляды на миграционную и гендерную проблемы, фактически перекликаясь с критикой Кремля «европейских демократических ценностей». То есть если AfD и BSW (либо её союзник – политическая карта здесь пёстрая!) придут в Берлине к власти, это будет подобие орбановской Венгрии. А ключевой статус ФРГ на континенте повышает ставки.
Но если Германия – это сердце Европы, то Франция, судя по обилию проблем – её задница. В то время как Мерц и его ХДС обладают временным запасом, Эмманюэль Макрон отправляется на свалку истории. Марин Ле Пен претендует на успех в президентских выборах 2027 года: текущие соцзамеры свидетельствуют, что она имеет реальные шансы победить. Присутствие националиста и евроскептика в Елисейском дворце положит конец брюссельскому унисону, что нам, естественно, на руку.
Всё опирается на подлую политику
В отличие от AfD, «Национальное объединение» (RN) Ле Пен не отказывает Киеву в содействии, правда, не в нынешних масштабах. Но оно выступает категорически против крестового похода Европы на Восток и войны на Украине до победного конца, призывая к переговорам. С Ле Пен разрастание Евросоюза будет заморожено. Приём новых членов и так затруднён французской конституцией, предусматривающей наличие большинства в обеих палатах парламента или национального референдума.
Если «европейский дом» начнёт разваливаться изнутри, нам и делать-то особо ничего не придётся – включатся механизмы самоликвидации. Но в итоге всё равно, как водится, во всём обвинят русских. Вспомним хотя бы, как демократы США обосновывали победу Трампа в 2016 году вмешательством России. И тут всё старо, как мир: популисты и ультрарадикалы традиционно играют на протестных настроениях электората, иногда на выгодных для себя условиях вступая в сговор с иностранными спецслужбами. Однако доказать это практически невозможно.
Кстати, в 2015 году в Греции к власти пришла коалиция крайне правых и крайне левых с заметным пророссийским оттенком во внешней политике. В итоге все стрелки перевели на избирателя: дескать, вот, смотрите, так народ проголосовал! И это правильно, ибо справедливых выборов не существует априори… Вполне вероятно, что революционная идеология «новых немцев» – не более чем инструмент завоевания власти. Политика и взгляды сторонников жёсткой линии меняются, особенно после избрания. И по мере продвижения вверх по лестнице государственного управления они будут становиться более умеренными, в конце концов превратившись в тех же шольцев и мерцев, а, может, ещё хуже.
«Будем посмотреть»
Но пока мы с этими ребятами по одну сторону баррикад. По всей Германии AfD опережает правящий ХДС на 6-7%. Если последний «сдуется», популисты-радикалы обеспечат себе наибольшую фракцию в грядущем бундестаге. Их оппонентам будет сложно удержать так называемый защитный барьер – «брандмауэр», не позволяющий пронацистской AfD, играющей на патриотических чувствах немцев, прийти к власти.
Пока упомянутая политическая сила придерживается бескомпромиссных позиций, и, учитывая все обстоятельства, эта стратегия на данном этапе является для неё выигрышной. Но в долгосрочной перспективе партия, скорее всего, сместится к центру, чтобы перетащить на свою сторону колеблющихся сторонников ХДС (особенно за пределами восточногерманских земель) и заставить других депутатов отказаться от «брандмауэра».
В конечном итоге радикализм может себя исчерпать, однако сейчас это мощный двигатель, разрушающий устоявшуюся политическую систему Старого Света. Популистский бум по всей Европе не обязательно приведёт к изменениям в направлении, выгодном Москве. Тем не менее, это создаст достаточно потрясений внутри ЕС для его ослабления.
* – признан террористом и экстремистом в РФ.
Источник: https://topcor.ru/74118-evropa...
Доходность американских государственных облигаций вышла на максимальный уровень почти за два десятилетия. Этот показатель для 30-летних бумаг превысила 5,2%, а 10-летних — достигла 4,85%, что является самым высоким показателем с 2007 года. При этом федеральный долг США впервые превысил 40 триллионов долларов, а расходы на его обслуживание стали одной из крупнейших статей бюджета. На данный момент счётчик долга показывает 40.14 трлн долларов. То есть больше ста миллиардов долларов - с конца августа.
По итогам первых девяти месяцев 2026 финансового года чистые процентные выплаты по долгу составили 830 миллиардов долларов - эта сумма уступает только расходам на социальное обеспечение и превышает в годовом исчислении военный бюджет. По оценкам американских экономистов, по итогам года обслуживание долга достигнет 1,1 триллиона долларов, или 3,3% ВВП, а к 2036 году эта цифра удвоится.
Известный экономист, профессор Гарвардского университета и бывший главный экономист МВФ Кеннет Рогофф предупреждает об опасности сложившейся ситуации:
Ставки развернулись, а Вашингтон — нет
По его словам, для решения долговой проблемы США необходим серьёзный «кризисный шок», и он перечислил потенциальные триггеры: геополитические конфликты, потрясения, связанные с искусственным интеллектом, и кибервойны. Рогофф охарактеризовал иранский конфликт как «лишь небольшой шок по сравнению с тем, что может произойти в ближайшие пять лет». То есть, по его словам война против Ирана - это ещё цветочки.
Особую тревогу вызывает ограниченность пространства для манёвра. После масштабных стимулов периода пандемии долговая база США резко выросла, и в случае нового экономического спада или внешнего удара у властей уже не будет такого запаса прочности, как в 2008 или 2020 годах.
На этом фоне США продолжают наращивать военную активность в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Министр обороны Пит Хегсет на форуме в Сингапуре заявил, что Вашингтон стремится к «прочному балансу сил» в регионе, и потребовал от азиатских союзников увеличить оборонные расходы до 3,5% ВВП - совсем как для НАТО. Аналитики отмечают: когда обслуживание долга становится самой быстрорастущей статьёй бюджета, у Вашингтона усиливается соблазн переключить внимание на внешний кризис — в том числе против интересов Китая в АТР и не только.
Алексей Володин
Комментариев нет:
Отправить комментарий