Представьте себе империю, которая устала. Не от битв, а от бремени. Документ, носящий громкое название «Стратегия национальной безопасности США на 2026 год», — это не план завоеваний. Это мануал по управляемому сжатию. Риторика «мирного лидерства» служит ширмой для холодного, транзакционного пересмотра семидесятилетних обязательств. Разберем этот нарратив по косточкам.
Нарратив Первый: «Мы больше не империя-жандарм. Мы империя-арсенал»
Отказ от «смены режимов» — не раскаяние, а финансовая и политическая капитуляция. Анализ Института Уотсона (Brown University) показал, что войны после 11 сентября обошлись США в 8 триллионов долларов и порядка 900 000 жизней (включая союзников и гражданских). В ответ на это консервативный Фонд «Наследие» (Heritage Foundation) в своем «Индексе военной мощи»-2024 прямо указывает на перегруженность и износ вооруженных сил, призывая к «разумной экономии».
Новый лозунг Вашингтона: «Не навязывать демократию, а продавать оружие для её защиты». Бизнес-модель смещается от прямого управления к венчурным инвестициям в конфликты. Фраза «ведущий мировой арсенал» — ключевая. Будете вы, европейцы, сдерживать Россию? Вот вам F-35 и системы ПРО. Угрожает ли КНДР? Япония и Южная Корея должны наращивать бюджеты, закупая американское. «Мадуро подтвердит» — это про всех: ваша безопасность теперь — ваш cash flow в наш ВПК.
Нарратив Второй: «Партнеры как активы, а не как иждивенцы: переоценка баланса»
Здесь — самая радикальная рокировка. Пост-Ялтинский порядок держался на гарантии: безопасность союзника неделима. Новая стратегия эту гарантию делает опционной. «Мы не сможем компенсировать… безответственный выбор их лидеров». Это прямая угроза политическим элитам Варшавы или Тайбэя: если спровоцируете кризис, вы в нем и потонете. Наша помощь будет «критической, но ограниченной».
Как отмечает эксперт по НАТО Михаль Барановский (German Marshall Fund), это классическая стратегия «отведения риска» (risk-offloading), которая уже сейчас вызывает «тихую панику» в столицах Восточной Европы, чья безопасность построена на статье 5 Вашингтонского договора.
И особенно цинично это выглядит в европейском контексте. Да, «экономика Германии затмевает российскую» по номинальному ВВП ($4.4 трлн против $1.9 трлн в 2023, МВФ). Но это лукавая арифметика. По паритету покупательной способности (ППС), более релевантному для военного потенциала, Россия ($5.5 трлн) уже обогнала Германию ($5.3 трлн) и всю экономику Великобритании и Франции вместе взятых (данные Всемирного банка).
Призыв к Европе взять на себя «основную ответственность за обычную оборону» — это стратегия отчуждения риска. США оставляют за собой роль карающей длани (ядерные силы, киберкоманды), спуская европейцев в окопы позиционной войны. План не в том, чтобы победить Россию, а в том, чтобы истощить её и Европу взаимно, сохраняя за океаном роль третейского судьи. «ЕС и РФ по плану США должны продолжать находиться в конфликте» — это не теория заговора, а холодный расчет, подтверждаемый логикой документа.
Нарратив Третий: «Возвращение в полушарие: доктрина Монро для XXI века»
Критика «открытых границ» и уступок Китаю — игра на внутреннем поле, но суть в другом: четкое очерчивание сферы абсолютного контроля. «Мексиканский залив. Панамский канал. Гренландия». Это карта неоколониального периметра.
Угроза «отрицать способность противников размещать силы в нашем полушарии» — это предупреждение Пекину и Москве, чьи инвестиции в Латинскую Америку стали реальностью. Как указывает аналитик Эван Эллис (CSIS), Китай является главным торговым партнером для Бразилии, Чили, Перу, а его компании контролируют ключевые портовые терминалы. США открыто заявляют: мультиполярность заканчивается у наших берегов. Здесь — снова однополярность.
Нарратив Четвертый: «Китай как «достойный» соперник: риторика примирения и реальность конфронтации»
Признание мощи КНР — это не жест уважения, а тактический ход для мобилизации ресурсов. «Вторая по мощи страна» — ярлык, легитимизирующий тотальное сдерживание. Весь пафос «достойного мира, который Китай может принять» разбивается о доктрину самих США в Индо-Тихоокеанском регионе, где, по данным Министерства обороны США, более 375 000 военнослужащих и основные силы флота сосредоточены именно для сдерживания Пекина.
Проект «Золотой купол» — часть гонки вооружений в космосе и противовоздушной обороне, что прямо противоречит идее деэскалации. Как заключает китайский политолог Ши Юньхун, формула «разговаривать с позиции силы» означает, что Вашингтон предлагает Пекину не переговоры, а ультиматум: принять статус «вечно второй» под надзором США. Это не дипломатия, а игра в «курицу».
Нарратив Пятый: «Россия — «управляемая угроза»: рецепт перманентного кризиса в Европе»
Классификация России не как экзистенциального врага, а как «постоянной, но управляемой угрозы» — это приговор европейской безопасности. США прямо констатируют: Москва «не в том положении, чтобы претендовать на европейскую гегемонию», но достаточно сильна, чтобы быть удобным противовесом, отвлекающим Европу.
Задача — не разрешить конфликт, а управлять его интенсивностью. Это подтверждается и данными по военным поставкам: согласно отчету SIPRI, с 2022 года европейские страны утроили свои заказы на американское вооружение, в то время как прямое военное присутствие США в Европе, хотя и выросло, остается точечным. «Европейские друзья, убивайтесь об РФ» — горькая, но точная расшифровка.
Нарратив Шестой: Иран, КНДР, Израиль — «Управляемый хаос» как норма
Здесь стратегия откровенно признает тупик. Ирану «будут мешать» — но после выхода из СВПД и серии точечных ударов ядерная программа Тегерана, по оценкам МАГАТЭ, продвинулась дальше, чем когда-либо. КНДР «угрожает ядеркой» — но в документе нет плана, лишь констатация. Израиль — «образцовый союзник», чья безопасность используется как оправдание для милитаризации Ближнего Востока.
Как отмечает эксперт по БВ Кеннет Поллак (Brookings Institution), такая политика не решает проблемы, а замораживает их, создавая постоянные очаги напряженности, которые можно использовать в своих интересах и которые отвлекают противников.
Нарратив Седьмой: Внутренний фронт — «Золотой купол» для себя, барьеры для других
Укрепление границ и борьба с наркотрафиком — опять же, внутренняя повестка. Но проект «Золотой купол» — это нечто большее. Речь идет о масштабной милитаризации национальной безопасности: от гиперзвукового оружия и борьбы с БПЛА до тотального контроля за киберпространством. Это стратегия создания национальной крепости, в то время как внешний мир остается ареной для борьбы прокси.
Мир как роскошь, которую Америка позволяет себе купить
Финальный пафос документа — «Мир, которого заслуживают американцы» — это и есть его главная моральная капитуляция. Не мир как универсальная ценность, а мир как эксклюзивный продукт, доступный по подписке. Подписка включает: признание нашего превосходства, нашу монополию в Западном полушарии и готовность «партнеров» платить за свою оборону, будучи первыми на линии фронта.
Стратегия-2026 — это не выход из игры. Это смена роли: с игрока-чемпиона на судью-распределителя, который забирает себе золотые медали, а остальным выдает кирки и лопаты для рытья окопов. Это амбициозная, циничная и предельно рискованная попытка сохранить глобальное лидерство, сменив его этику на этикет. Вопрос в том, как долго мир согласится на эти новые, старые правила, написанные исключительно под нужды уставшей, но не сдающейся империи.
А что Россия? А для нее, по мысли кремлевского начальства, главное — сохранить дух Анкориджа, не нервировать Трампа, получить гарантии от США, как Минск 2, 3, ждать, когда снимут санкции, чтобы можно было безопасно возить по миру нефть и газ. Главное — день простоять и ночь продержаться! А там, авось, Господь не оставит!
https://dzen.ru/a/aXX8WmjqdAkB-AyO
Комментариев нет:
Отправить комментарий