Чтобы проиллюстрировать скорбные настроения европейцев, сошлюсь на две новости из кошмара наяву, в котором они сейчас живут. Новости из Британии, но культурная среда там сейчас одна, так что во Франции, в Германии и в условной Бельгии эти новости воспринимают как местные.
Новость первая. Свирепый сикх, которому британские законы разрешают носить огромный церемониальный кинжал, несколько раз пырнул им идущего по улице белого студента. На вызов приехали три полицейских дамы. Сикх показал на лежащего в крови парня и объяснил, что это расист, который его расово оскорблял. Дамы заковали тяжелораненого в наручники, в которых тот и умер. К сикху тем временем приехала мама, которой он свой кинжал на всякий случай отдал. Дело было в ещё декабре, но сейчас сикха осудили, и историю широко обсуждают (ссылка).
Новость вторая. На днях проситель убежища из Судана напал на жителя Белфаста (Северная Ирландия), нанёс ему тяжёлые увечья и попытался отрезать голову. Видеозапись нападения попала в публичный доступ и вызвала массовые протесты. Власти разогнали белокожих бунтовщиков из водяной пушки и пытаются теперь найти способ обезопасить интернет от появления новых расистских видеозаписей (ссылка).
Ежедневно читая подобные новости и регулярно сталкиваясь с инцидентами меньшего масштаба в быту, европейцы потихоньку ропщут.
Конкретно во Франции для ропота затюканных европейцев есть выход — тайное (и потому безопасное) голосование за «Национальное объединение» Ле Пен.
В Европе всё плохо, но всё же она пытается ещё сопротивляться своим мучителям. Не сихкам с суданцами, разумеется, а тем, кто поощряет весь этот социализм с интернационализмом, то есть борьбу за поражение прав белых обеспеченных буржуа формата «нормальный член общества 1960-х годов».
Да, действительно, значительная часть населения Европы уже замещена выходцами из остро неевропейских культур, жить бок-о-бок с которыми традиционным европейцам тяжело. Сами европейцы при этом тоже уже традиционны отнюдь не на 100%: среди них велика доля искривлённых, которые по тем или иным причинам поддерживают «разнообразие», во всех плохих смыслах этого слова.
Несмотря на это у партии Ле Пен, суть лозунгов которой сводится к элементарному «вернём здравый смысл», много сторонников: в том числе среди тех, кто родился за пределами Франции и с трудом говорит на французском языке. Здравый смысл любезен людям всех культур, а радужный флаг аналогичным образом не любят нигде, поэтому даже избиратель цвета «баклажан», который хочет спокойно работать на автосервисе и кормить свою семью, с большой долей вероятности проголосует именно за Ле Пен.
Президентские выборы во Франции пройдут в апреле 2027 года. В них будет участвовать или сама Марин Ле Пен, если её допустят до выборов, или её политический наследник, Жордан Барделла: молодой медийный политик, который умеет нравиться избирателям, но никогда ничем важным не управлял.
Во Франции сейчас три больших блока, которые ненавидят друг друга:
— «Национальное объединение» Ле Пен,
— полусистемные левые, сотрудничающие с глубинным государством,
— макронисты.
Не факт, что левые захотят объединяться с тонущим Макроном против Ле Пен. Это даёт ей шанс. Пока что мы видим, что три месяца назад, на муниципальных выборах 2026 года, партия Ле Пен победила в нескольких важных городах, взяв дополнительно к Перпиньяну Ментон и Каркассон. Важный прорыв для националистов. Вместе с тем партия уступила противникам в больших Марселе и Тулоне. Это значит, что президентское кресло французским националистам в 2027 году не гарантированно, но бороться за него они будут всерьёз.
В Германии тем временем глобалиста Мерца уже терпеть не могут: у него рейтинг, как у нашего Ельцина в худшие годы его президентства. Правая «Альтернатива для Германии» тем временем стала самой популярной партией страны: у неё 29%, тогда как у ближайшего преследователя, глобалистской ХДС/ХСС, только 22%.
Кстати, некоторые утверждают, будто «Альтернатива для Германии» — АдГ — названа так потому, что её сокращение можно расшифровать как «Адольф Гитлер». Это ошибка: на немецком она называется AfD, из чего можно вывести разве что «Афольф Дитлер», не более того.
Отличие Германии от Франции в том, что в Германии санитарный кордон («Брандмауэр»), за которым глобалисты держат покорённых немцев, ещё работает. Хоть АдГ и является самой популярной партией в стране, однако её травят законодательно, при этом остальные партии объединены в кордон, который пытается не допускать АдГ вообще никуда.
Кордон, впрочем, не выглядит непоколебимым. Популярность АдГ продолжает расти, так как в Германии всё очень плохо. Повестку робкие немцы ещё готовы терпеть, а вот последствия повестки — проблемы с деньгами и с работой — выбешивают электорат уже всерьёз. По мере того как АдГ будет набирать популярность, удерживать антинемецкую коалицию глубинному государству будет всё сложнее. Также сложнее будет давить на суды и на СМИ, чтобы те угнетали АдГ непарламентскими методами: и судьи, и редакторы начинают уже опасаться, что АдГ придёт к власти и проявит здоровую злопамятность.
Взлом кордона может начаться с восточных земель: в сентябре будут выборы в Саксонии-Анхальт, и там АдГ набирал по опросам уже 41%, гораздо больше ближайших преследователей. Кандидат от АдГ Ульрих Зигмунд намерен стать первым земельным премьером от АдГ. Конечно, 41% — это не 51%, но если все остальные партии забудут о распрях и объединятся, чтобы не допустить правых, избиратель разозлится. Некрасиво, когда народного избранника, получившего первое место с большим отрывом, задвигают в сторону при помощи мутных махинаций.
Британский аналог «Национального объединения» Ле Пен и «Альтернативы для Германии» называется «Реформировать Соединённое Королевство» (Reform UK). Во главе партии стоит Найджел Фараж: белый мужчина европейского происхождения. Фамилия «Фараж» в контексте с Британией наводит мысли про Индию или другие экзотические страны, но нет: такая фамилия встречается в Европе среди протестантов-гугенотов.
На выборах 2024 года «Реформировать СК» получила 14% голосов, а свежий опрос даёт ей уже 25%. Для сравнения, консерваторы с лейбористами имеют по 19%, зелёные — 14%, либдемы — 12%. Проще говоря, мы видим ровно ту же ситуацию, что и во Франции, и в Германии. «Реформировать СК» — самая популярная партия страны, которая выступает против своры мелких глобалистских партий, готовых объединиться против избранников британского народа, чтобы сохранить свою власть над страной.
Партия Фаража показывает успехи на местных выборах: в 2025 году она уже получила контроль над двумя мэриями и 10 советами. При этом британская избирательная система устроена таким образом, что если Фараж наберёт ещё 10–15%, то его триумфальное шествие будет уже сложно остановить.
В общем, коллеги, Европа пытается бороться. Я не уверен, что нам это выгодно стратегически, однако я не готов утверждать и обратное. Следовательно, у меня есть роскошь болеть за тех, кто более симпатичен (или хотя бы менее неприятен). Подождём 3–4 года. Если в Европе ничего не изменится принципиально, то в 2030 году к власти в ключевых европейских странах могут прийти националисты, которые — возможно — приступят к частичному демонтажу ЕС.
Комментариев нет:
Отправить комментарий