«Вашингтон пост» решила приподнять рейтинг Трампу, рассказав забавную историю о том, как президент стал участником секретной операции по предотвращению покушения на себя самого со стороны Ирана. Фабула следующая: в Стамбуле после саммита НАТО был замечен пэзээркашник, поэтому Трамп по указанию сикрет сервиса залез в ящик с соками, курицей, рыбой, который возят стюардессы, и его транспортировали в нём из одного самолёта в другой.
Бедный директор Секретной службы США Карран после такой истории. Впрочем, его директором сделал Трамп за то, что тот по-медийному грамотно увёл тогда кандидата в президенты после ранения в ухо в Батлере. Фото и видео получились действительно эпичными благодаря Каррану, которого коллеги по цеху критиковали за учтивость и нерасторопность.
Естественно, никакие реальные мероприятия безопасности первых лиц, тем более США, в прессу по понятным причинам не сливаются. И они мало похожи на сценарные ходы низкобюджетных голливудских боевиков. Во всём мире эта история вызвала скорее насмешки и иронию, стала унижением не только для спецслужб США, но и для Трампа как трусливого лидера сверхдержавы. Так что её явно придумали пиарщики для внутренней аудитории в преддверии выборов.
История с иранским киллером в Стамбуле, кажется, задумывалась под три задачи: во-первых, поддержать образ Трампа как непримиримого врага «оси зла», на которого открыли охоту враги Америки; во-вторых, придать его фигуре ореол мученика и одновременно баловня судьбы; в-третьих, снизить тревогу в обществе за счёт комичности: «Если уж наш президент спасается в ящике с курицей, то нам бояться нечего».
Известно, что Иран многие десятилетия является объектом террористических атак со стороны спецслужб и вооружённых сил Израиля и США. Список подло убитых физиков, математиков, инженеров, чиновников, военачальников, религиозных деятелей огромен. Тогда как Запад обвиняет иранцев в убийствах дипломатического персонала среднего звена, сотрудников служб безопасности при посольствах, бизнесменов и почти всегда членов «Хезболлы» и ХАМАС. Иран такие обвинения считает безосновательными и сфабрикованными, рассматривает как часть психологической войны. Иран каждый раз утверждает, что у него нет необходимости прибегать к подобным методам, и называет их противоречащими исламским нормам и международному праву.
В Иране в отношении Трампа и более тридцати высших чиновников возбуждено уголовное дело. КСИР действительно публично двусмысленно угрожал Трампу устранением, но между Ираном и США развязана такая тикток-мемная война, что всерьёз картинки в соцсетях рассматривают только ФБР и Секретная служба. Министерство юстиции США уже раскрыло пару заговоров в организации убийств высокопоставленных американцев внутри США, посадив несколько пакистанцев.
В общем, угроза убийства Трампа со стороны Ирана выглядит скорее надуманной. Иранцы не так глупы, чтобы не понимать — устранение Трампа не изменит внешнюю политику США и не приблизит их к победе в войне.
Однако сама по себе традиция расстрелов президентов США имеет давнюю политическую историю. Президент США — довольно опасная профессия, а политические убийства — органичный компонент американской системы демократии. Можно даже не погружаться в XIX век, вспоминая убийства Джексона (1835), Линкольна (1865) и Гарфилда (1881). За XX век в США успешно и безуспешно покушались на следующих видных кандидатов и президентов: МакКинли, Т. Рузвельта, Ф. Д. Рузвельта, Трумэна, братьев Кеннеди, Уоллеса, Никсона, Форда, Рейгана, обоих Бушей, Клинтона, Обаму, Трампа. То есть это не цепочка трагичных случайностей, а элемент обычной политической жизни.
Напряжение, страх за собственную жизнь — постоянные спутники кандидатов и президентов США. Угрозы физического устранения зря не включают в систему сдержек и противовесов американской демократии. Успешных импичментов, между прочим, так пока и не состоялось, а убийств...
Ко всем четырём убитым президентам США у отдельных влиятельных финансово-промышленных групп были серьёзные претензии, к их конкретным экономическим и внешнеполитическим решениям. Всех убили одиночки или мелкие группы с сомнительными мотивами. Примерно то же и с покушениями.
Технология политического насилия в США давно отработана. В американском обществе огромное количество неуравновешенных, крайне политизированных радикалов с оружием, которые служат исполнителями покушений и политических убийств. Кто, что и как их подталкивает к преступлениям, остаётся загадкой и предметом пересудов.
Специфика американского общества, построенного на культе индивидуальной свободы и праве на ношение оружия, создаёт объективные предпосылки для подобной формы политической борьбы. Массовая культура, героизирующая насилие как способ решения проблем, усугубляет ситуацию. Американский кинематограф и индустрия развлечений десятилетиями формировали в общественном сознании архетип героя, который в одиночку, с оружием в руках восстанавливает справедливость. В этом смысле политический убийца в американском культурном пространстве воспринимается значительной частью маргинальной аудитории не как преступник, а как последний аргумент в споре с ненавистной властью. Скандал реакции продемократической публики на убийство Чарли Кирка — тому наглядное подтверждение.
Пики политического насилия приходятся на периоды системных кризисов американской государственности: Гражданская война (Линкольн), переход к империализму и обострение внутренней обстановки (Гарфилд, МакКинли), Холодная война и борьба с мафией (Кеннеди), слом миропорядка (покушения на Рейгана, Буша-старшего, а теперь и на Трампа).
Главным же условием возникновения практики политических убийств в США является место высших должностных лиц в системе реального, фактического управления государством — они приказчики воли своих спонсоров и козлы отпущения для простого народа.
Таким образом, политическое насилие в США, вплоть до покушений на президентов, — это не сбой в системе, а её элемент. Ни в одной другой крупной державе — будь то Китай, Индия, Россия или страны Европейского союза — покушения на первых лиц не являются системным явлением. Американская же система, декларирующая верховенство демократии, регулярно воспроизводит ситуации, в которых пуля в тело президента становится аргументом политической борьбы. Показательно, что американская политическая мысль не способна к подобному выводу. В ведущих университетах США защищаются сотни диссертаций по «демократическим транзитам» в странах глобального Юга, но сложно найти серьёзное академическое исследование, которое бы рассматривало убийства президентов как закономерный продукт американского политического строя. Доминирующее мнение сводит проблематику политического насилия к психически неуравновешенным одиночкам, токсичной риторике, иностранному вмешательству, партийному расколу, то есть к факторам, которые необходимо купировать точечными мерами. Сомнения в демократии американского образца недопустимы.
Исходя из сказанного, покушение на Трампа летом 2024 года, если предполагать конспирологию, было демонстрацией кандидату, что своевольничать в должности не стоит. Кстати, официально заявлено, что за стрелком какая-либо организованная политическая сила не стояла, однако, во-первых, не установлена внятная политическая мотивация преступника, во-вторых, уровень халатности и системных провалов спецслужб был настолько высок, что сомнений в официальной версии очень много. Считаю, что принцип «не объяснять заговором то, что можно объяснить глупостью» к спецслужбам неприменим.
Раз Трамп, будучи кандидатом, пережил одно настоящее, одно странное (Райан Уэсли Раут) и теперь, будучи в должности, одно виртуальное покушение и всё ещё здравствует, значит всё делает в соответствии с интересами денежных магнатов и прочих важных людей.
Анатолий Широкобородов
Комментариев нет:
Отправить комментарий