Забудьте о сексе: что на самом деле происходило на острове Эпштейна
Андрей Добров о том, почему материалы по делу Эпштейна собирали только американцы.
Как уже надоел этот скандал с файлами Эпштейна. Вся планета вторую неделю обсуждает сексуальные утехи сильных мира сего, как они встречались на острове Литл-Сент-Джеймс в Карибском море – так называется остров Эпштейна. Как насиловали малолетних, как щеголяли в трусах. А хотите узнать правду, что на самом деле происходило на этом острове?
Тогда первое, от чего нам нужно отказаться, – это от историй о сексе министров, президентов и банкиров. И задать себе несколько простых вопросов. Первый: почему американцы собирали материалы по делу Эпштейна, а разведки других стран молчали? Ну, например, англичане. Ведь у Эпштейна тусовался их принц, а также министр их правительства. Что, английская разведка не проверяла этот остров? А другие разведки? Второй вопрос: нужно ли банкиру или министру летать на какой-то остров в погоне за плотскими утехами? Они что, дома не могут их найти? Или в их странах нет высококлассных сутенеров?
Помните, как в России такого сутенера Петра Листермана постоянно показывали по телевизору и он объяснял, как ищет девушек для богатеев. И тогда возникает третий вопрос: а зачем вся эта элита приезжала на остров Эпштейна? И тут очень интересен ответ Билла Гейтса, почему он общался с Эпштейном.
"Тот знал большое количество богатых людей и говорил, что сможет убедить их пожертвовать деньги на глобальное здравоохранение", – сказал он.
То есть Билл Гейтс, который, по последним данным, находится на 18-м месте среди богатейших людей мира со своими 105 миллиардами долларов, не мог просто взять и позвонить другим миллиардерам? Мол, давайте выпьем кофе и поговорим о здравоохранении? Или дело вовсе не в медицине?
Мы попросили аналитиков взять несколько человек, которые пострадали из-за скандала с Эпштейном, и проанализировать, когда именно они приезжали на его остров.
Ультрарешала или сутенер-педофил
У каждого клиента Джеффри Эпштейна был свой заказ. Начнем с Трампа. Трамп знакомится с Эпштейном в середине 90-х. Из-за неудачного запуска казино Дональд банкрот и для тусовки плохой бизнесмен. Для возвращения статуса ему срочно нужны деньги. И его не волнует их происхождение.
Эпштейн открывает будущему президенту США доступ в закрытый мир непубличных миллиардеров, и там Трамп решает свои проблемы.
В конце 90-х к Эпштейну обращается уже член королевской семьи Великобритании принц Эндрю. У него проблемы с деньгами и налоговой, решить которые законно он не может. Эпштейн с помощью своей сетки офшорных компаний и фондов начинает управлять деньгами принца и в обход законов Англии запускает для принца схему "дружеских переводов" и "денежных подарков", которые не облагаются налогом.
По той же причине в начале нулевых сильно подружился с Эпштейном лорд Питер Мандельсон. Сейчас из-за этой дружбы затряслась вся система власти Англии и руки премьер-министра Кира Стармера.
Билл Клинтон приезжает к Эпштейну в 2002-м. Бывший президент США ищет финансы для фонда Клинтонов.
Эпштейн отправляет Клинтона на своем самолете в тур по странам Африки. Результат: фонд Клинтонов получает внимание СМИ, и туда начинают поступать средства от анонимных африканских меценатов.
С просьбами о привлечении "темного капитала" и решения проблем с налоговой к Эпштейну обращались и Билл Гейтс, и Илон Маск. Кому-то он помог больше, кому-то меньше.
Но для всей этой политической и финансовой элиты Эпштейн был ультрарешалой мирового уровня, а не сутенером-педофилом. Банкиры из JPMorgan и Deutsche Bank десятилетиями проводили его сомнительные сделки в обмен на кошельки миллиардеров, которых он привел в эти банки. И даже ученые с мировой славой, такие как Хокинг и Мински, ехали к Эпштейну за щедрыми грантами для самых смелых проектов.
Сегодня Эпштейн мертв и обвинен во всех грехах. Но спрос на ультрарешалу у элиты остался.
Бизнес, деньги и секс
Итак, остров Эпштейна – это финансовый клуб для западных лидеров политики, бизнеса и науки. Тут можно было быстро найти деньги и быстро познакомиться с нужными людьми. Да, иногда незаконно, но быстро.
Да, там были сексуальные развлечения, но просто потому, что сборища банкиров всегда привлекают высокооплачиваемых проституток.
Вот Давос недавно был, туда тоже ведь приезжали элитные эскортницы, но об этом как-то не говорят. Давос – это открытый клуб. А остров Эпштейна был закрытым клубом. Туда не пускали журналистов. Но там собирали информацию о самых главных событиях в мире. Это видно по электронным письмам, которые выложили в Америке. И именно поэтому только американская разведка в силу обстоятельств выложила файлы, а остальные разведки молчат.
Вот французы. Они молчат, почему Макрон общался с Эпштейном. Но и сами американцы стараются скрыть всю политическую часть этого клуба, вбросив историю о сексе, насилии и несовершеннолетних. Они дают то, что жаждет публика. Но не рассказывают о реальном положении дел. Источник
Как уже надоел этот скандал с файлами Эпштейна. Вся планета вторую неделю обсуждает сексуальные утехи сильных мира сего, как они встречались на острове Литл-Сент-Джеймс в Карибском море – так называется остров Эпштейна. Как насиловали малолетних, как щеголяли в трусах. А хотите узнать правду, что на самом деле происходило на этом острове?
Тогда первое, от чего нам нужно отказаться, – это от историй о сексе министров, президентов и банкиров. И задать себе несколько простых вопросов. Первый: почему американцы собирали материалы по делу Эпштейна, а разведки других стран молчали? Ну, например, англичане. Ведь у Эпштейна тусовался их принц, а также министр их правительства. Что, английская разведка не проверяла этот остров? А другие разведки? Второй вопрос: нужно ли банкиру или министру летать на какой-то остров в погоне за плотскими утехами? Они что, дома не могут их найти? Или в их странах нет высококлассных сутенеров?
Помните, как в России такого сутенера Петра Листермана постоянно показывали по телевизору и он объяснял, как ищет девушек для богатеев. И тогда возникает третий вопрос: а зачем вся эта элита приезжала на остров Эпштейна? И тут очень интересен ответ Билла Гейтса, почему он общался с Эпштейном.
"Тот знал большое количество богатых людей и говорил, что сможет убедить их пожертвовать деньги на глобальное здравоохранение", – сказал он.
То есть Билл Гейтс, который, по последним данным, находится на 18-м месте среди богатейших людей мира со своими 105 миллиардами долларов, не мог просто взять и позвонить другим миллиардерам? Мол, давайте выпьем кофе и поговорим о здравоохранении? Или дело вовсе не в медицине?
Мы попросили аналитиков взять несколько человек, которые пострадали из-за скандала с Эпштейном, и проанализировать, когда именно они приезжали на его остров.
Ультрарешала или сутенер-педофил
У каждого клиента Джеффри Эпштейна был свой заказ. Начнем с Трампа. Трамп знакомится с Эпштейном в середине 90-х. Из-за неудачного запуска казино Дональд банкрот и для тусовки плохой бизнесмен. Для возвращения статуса ему срочно нужны деньги. И его не волнует их происхождение.
Эпштейн открывает будущему президенту США доступ в закрытый мир непубличных миллиардеров, и там Трамп решает свои проблемы.
В конце 90-х к Эпштейну обращается уже член королевской семьи Великобритании принц Эндрю. У него проблемы с деньгами и налоговой, решить которые законно он не может. Эпштейн с помощью своей сетки офшорных компаний и фондов начинает управлять деньгами принца и в обход законов Англии запускает для принца схему "дружеских переводов" и "денежных подарков", которые не облагаются налогом.
По той же причине в начале нулевых сильно подружился с Эпштейном лорд Питер Мандельсон. Сейчас из-за этой дружбы затряслась вся система власти Англии и руки премьер-министра Кира Стармера.
Билл Клинтон приезжает к Эпштейну в 2002-м. Бывший президент США ищет финансы для фонда Клинтонов.
Эпштейн отправляет Клинтона на своем самолете в тур по странам Африки. Результат: фонд Клинтонов получает внимание СМИ, и туда начинают поступать средства от анонимных африканских меценатов.
С просьбами о привлечении "темного капитала" и решения проблем с налоговой к Эпштейну обращались и Билл Гейтс, и Илон Маск. Кому-то он помог больше, кому-то меньше.
Но для всей этой политической и финансовой элиты Эпштейн был ультрарешалой мирового уровня, а не сутенером-педофилом. Банкиры из JPMorgan и Deutsche Bank десятилетиями проводили его сомнительные сделки в обмен на кошельки миллиардеров, которых он привел в эти банки. И даже ученые с мировой славой, такие как Хокинг и Мински, ехали к Эпштейну за щедрыми грантами для самых смелых проектов.
Сегодня Эпштейн мертв и обвинен во всех грехах. Но спрос на ультрарешалу у элиты остался.
Бизнес, деньги и секс
Итак, остров Эпштейна – это финансовый клуб для западных лидеров политики, бизнеса и науки. Тут можно было быстро найти деньги и быстро познакомиться с нужными людьми. Да, иногда незаконно, но быстро.
Да, там были сексуальные развлечения, но просто потому, что сборища банкиров всегда привлекают высокооплачиваемых проституток.
Вот Давос недавно был, туда тоже ведь приезжали элитные эскортницы, но об этом как-то не говорят. Давос – это открытый клуб. А остров Эпштейна был закрытым клубом. Туда не пускали журналистов. Но там собирали информацию о самых главных событиях в мире. Это видно по электронным письмам, которые выложили в Америке. И именно поэтому только американская разведка в силу обстоятельств выложила файлы, а остальные разведки молчат.
Вот французы. Они молчат, почему Макрон общался с Эпштейном. Но и сами американцы стараются скрыть всю политическую часть этого клуба, вбросив историю о сексе, насилии и несовершеннолетних. Они дают то, что жаждет публика. Но не рассказывают о реальном положении дел. Источник
Главная тайна Эпштейна осталась скрыта
Круглые от удивления глаза коллективного Запада, только что как бы обнаружившего, что его так называемая элита есть свора извращенцев и извращенок, — попытка (и чрезвычайно неудачная) сделать хорошую мину при плохой, а точнее при омерзительной игре.
Вранье в чистом виде. Говорить "мы ничего не знали и даже предполагать не могли", когда в ежедневном режиме сообщается об изнасилованиях жертв, лишенных воли, потому что им подсыпают в еду или в питье запрещенные вещества. За примерами не нужно далеко ходить.
Сенатор, заседающий в верхней палате парламента Франции, решил таким образом отметить свою победу на выборах. Он подсыпал наркоту в бокал коллеги, заседающей в нижней палате. Насильника не отправили в тюрьму. А лишь что-то там назначили условно.
Пока общественность продолжала ломать неосведомленность, все в той же небогоспасаемой Франции десятерым мужчинам прокуратура Лилля предъявила обвинение в групповом изнасиловании. Их жертва — пятилетний мальчик, которого они для своей педерастической оргии накачали "химией". Издевательства над ребенком продолжались несколько часов. Все та же круглоглазая общественность, та самая, оравшая, что элгэбэтэшники* "не могут быть педофилами", сегодня корчит рыбку Дори. Мол, не помню я ничего. Чуть раньше именно те, что "за любовь без возраста и пола", носились с отношениями 15-летнего ученика и его 40-летней учительницы. Общественность уверяла на всех перекрестках, что это не совращение и поэтому не уголовное преступление, а "высокие, очень высокие отношения". Да, месье Макрон, мы о вас и о вашей связи с Брижит Тронье.
Ни те десять лилльских извращенцев, что правоохранители поймали, ни провинциальные участники недоромана в амьенском лицее не обладали и миллионной долей финансового веса и политического влияния тех, кто принимал участие в эпштейновских непотребствах. Нравы высшей лиги глобалистких элитариев позволяли без малейшего стыда делать то, что они делали. Встречаться с тем, с кем они встречались. И делать с Эпштейном деньги.
Эпштейн, этот недоучка без диплома, преподававший алгебру в средней школе, ворвался в круг людей, где принялся угождать их порокам, попутно удовлетворяя свои аппетиты извращенца. Именно туда, в сексуализацию происходившего в течение тридцати с лишним лет, нас увлекает все еще удивленная общественность.
Но дело не только в оргиях, в совращениях, разрушенных жизнях жертв и их семей. Как бы ни было сложно отвлечься от "желтушной клубнички", нужно сказать вот что.
Мы, несмотря на миллионы опубликованных эпистолов, так и не знаем, откуда у преступника Эпштейна появились деньги. Тот уровень жизни, который он вел, предполагает состояние никак не меньше полумиллиарда долларов. Где их взял учитель математики? Или — кто и за что ему платил десятки и сотни миллионов, если у него не было даже высшего образования? Как он мог служить в этой их "фискальной очистке", как он мог давать советы, требующие идеального и многолетнего адвокатского опыта? Можно предположить, что состояние Эпштейна составлено из платы за неразглашение грязных и отвратительных секретов тех элит, кто монополизировал в своих руках медиа и иные источники коммуникаций.
И после элитариев американского извода на авансцене должны появиться европейцы. И не просто европейцы, а те, кто контролирует финансовые потоки и банковские транзакции по обе стороны Атлантики. У этих персонажей есть имя. Точнее, фамилия. Она сегодня почти не упоминается в "сенсационных расследованиях". Но она регулярно мелькает в сообщениях Эпштейна.
Речь идет о Ротшильдах. Точнее, о де Ротшильдах. И если совсем и аптекарски точно, о баронессе Ариан де Ротшильд. Стоящей во главе не какого-то там "Майкрософта", которому без году неделя. А во главе империи, которой двести с лишним лет. Неважно, как называется или когда был основан банк. Да и где, в каком городе этот банк расположен. Важно, что эти банкиры звонят первым лицам любого европейского государства напрямую, минуя секретариаты и канцелярии. Более того, они в министры, в премьеры и в президенты назначали и продолжают назначать тех, кто на них работал. Либо в штате. Как хозяева Елисейского дворца Жорж Помпиду и Эммануэль Макрон. Или как адвокат Николя Саркози, чье юридическое бюро имело эксклюзивный контракт на представление ротшильдовских интересов в госструктурах Пятой республики.
Баронессе де Ротшильд с ее пятимиллиардным состоянием было не стыдно и не отвратительно поддерживать настолько близкие отношения с Эпштейном, что он был в курсе жизни ее четырех дочерей, ее здоровья, ее визитов к врачам, ее интересов к жизни вышедших в отставку политиков. Баронесса во главе мощной империи (27 финансовых институций и инвестфондов в 13 странах с активами на сотни миллиардов швейцарских франков) была для Эпштейна любовью с интересом, его денежным лежбищем.
Глобалистский преступный спрут, разваливший все основы нормального мироощущения и образа жизни, поставивший, используя деньги, пороки человека на пьедестал, в скандале с Эпштейном не лишился ни единого щупальца и ни единого рычага влияния. Глубоко семейный банк де Ротшильдов устоял. Никаких заявлений, никаких объяснений. Деньги финансистов такого уровня любят тишину.
Вонючий скотный двор, загаженный до предела, — мы сражаемся с ним сегодня. И сражаться будем, сколько потребуется. В схватке мы отстояли страну. А вот победить глобалистов окончательно нам еще предстоит.
* Движение признано экстремистским и запрещено в России.
Елена Караева
Донаты на сайт Яндех кошелёк - 410017649256522
Комментариев нет:
Отправить комментарий