Иран открыт к «любым искренним и конструктивным усилиям», направленным на урегулирование ситуации на Ближнем Востоке. Об этом заявил посол Ирана в России Казем Джалали в комментарии ТАСС.
По его словам, Тегеран продолжает консультации с партнёрами, включая Россию, и рассматривает их как часть своей дипломатической стратегии.
Дипломат обозначил ключевые условия, которые Иран выдвигает в адрес США и Израиля. Среди них — полное прекращение военных действий и атак, предоставление надёжных гарантий, исключающих повторение конфликта, а также компенсация причинённого ущерба. Отдельно Джалали подчеркнул важность признания юрисдикции Ирана в Ормузском проливе в контексте обеспечения международной морской безопасности.
По его словам, достижение устойчивого мира возможно только при соблюдении этих требований. При этом Иран, как отметил дипломат, намерен сохранять за собой право на самооборону до устранения источников угроз.
Джалали также подчеркнул, что любые мирные инициативы должны учитывать реальную обстановку в регионе.
Ранее глава Белого дома Дональд Трамп утверждал, что Иран якобы согласился на «большинство» пунктов 15-позиционного плана США по завершению войны, который был передан через Пакистан. По его словам, стороны также ведут активные переговоры и обмениваются сигналами через посредников.
В Белом доме заявляли о намерении заключить соглашение с Ираном до 6 апреля — даты окончания моратория на удары по иранской энергетической инфраструктуре.
Глава МИД Ирана Аббас Аракчи подтвердил, что получал предложения от спецпосланника США Стив Уиткофф через посредников, однако Тегеран не рассматривает эти контакты как полноценные переговоры и допускает сценарий дальнейшей эскалации.
По информации американского телеканала MS Now, Трамп утратил интерес к войне с Ираном и стремится переключиться на другие темы.
Источник: https://antifashist.com/item/i...
Никаких переговоров с США не ведётся, — глава МИД Ирана (ВИДЕО)
Никаких переговоров с США не ведётся, — глава МИД Ирана.
Доверие между Ираном и США на уровне нуля, сообщает Арагчи.
Иран не принимает прекращение огня и стремится к прекращению войны с выплатой компенсаций и гарантиями ненападения.
Иран не приемлет установок сроков, никто не может обращаться к его народу языком угроз.
Ормузский пролив закрыт для недружественных Ирану стран.
Арагчи не считает возможным вторжение США в Иран, но полностью готов к наземной борьбе.
Иран наносит удары по американским объектам в Персидском заливе, а США прячутся за «живым щитом».
Читайте также: В США высказались о ядерном ударе по Ирану
Telegram-канал «Старше Эдды»
Иран снова заявил об атаке дронами, но сейчас ситуация существенно изменилась.
Ключевой проблемой современных американских авианосных ударных групп является принципиальная незаточенность их ПВО против подобных атак.
Эсминцы типа Arleigh Burke и ракетные крейсеры типа Ticonderoga несут экстремально дорогие зенитные ракеты: модернизированные SM-2, сверхдальнобойные SM-6 против аэродинамических целей — крылатых ракет и самолётов, а также противобаллистические SM-3 против баллистических ракет, находящихся в распоряжении Ирана.
Количество противоракет рассчитывалось в своё время на противостояние с советским флотом и авиацией, где основным сценарием (и наиболее сложным) было отражение одной-двух волн крылатых сверхзвуковых ракет по несколько десятков в каждой, с главной задачей любой ценой уберечь авианосец. Сверхзвуковые «Ониксы», «Москиты», «Граниты» и «Вулканы» были сложными целями, что потребовало создания сложных и дорогих зенитных ракет, способных маневрировать с большими перегрузками.
У Ирана сверхзвуковых противокорабельных ракет не так много, как дронов. Но есть и сложность. Для беспилотников главная проблема — это целеуказание. И если это целеуказание есть (ну мало ли добрых людей, способных засечь авианосец?), то можно посылать туда абсолютно примитивные, медленные и маломанёвренные дроны, которые… американцам придётся сбивать всё теми же экстремально дорогими ЗУР. Сегодня могут сбить 40, завтра — ещё 40, послезавтра — ещё 40, и к концу четвёртых суток боекомплект для корабельных ЗРК на кораблях начнёт опасно пустеть. Есть, конечно, системы ближнего боя, но это уже риск: в случае промаха достреливать будет нечем — и можно получить попадание.
Это, конечно, всё довольно сложно осуществить: у корабельного соединения есть, помимо ПВО, ещё и очень мощная аппаратура РЭБ. Но когда противник может каждый день посылать всё новые и новые десятки дронов, риск пропустить ракету после них увеличивается пропорционально тому, как иссякает боекомплект.
Производство морских ЗУР в США (в силу дороговизны и сложности) тоже не очень велико, и для перезарядки надо отходить на базу. В случае с авианосцем Lincoln это, вероятно, Оман, куда в товарных количествах нужно везти ракеты и всё необходимое. Отказаться от авианосцев тоже нельзя: в условиях, когда практически все аэродромы региона под угрозой, мобильный аэродром, способный перемещаться на несколько сотен миль в сутки, просто необходим. Посмотрим, смогут ли иранцы добиться первого после окончания Второй мировой войны попадания в американский авианосец. Но если смогут, то для США это будет похлеще 11 сентября, поскольку на корабле находятся 5—6 тыс. человек. Не говоря уже о том, что, если корабль будет затоплен на относительном мелководье или его обломки попадут в руки противника, это может привести к утечке секретных данных о системах связи, радарах, технологиях малозаметности и ядерных установках.
Именно по этой причине Lincoln, ранее находившийся менее чем в 350 км от иранского побережья, отвели более чем на 1 тыс. км от берегов Ирана, в юго-западные воды Омана.
Комментариев нет:
Отправить комментарий