Президент США Дональд Трамп начал войну с Ираном, которая уже на третий день перестала быть «блицкригом». Ракеты летят не только на Израиль, но и на «тихие гавани» Персидского залива. Цены на нефть взлетели, авиасообщение парализовано, союзники США в панике, а Китай и Россия наблюдают за крушением своих стратегических позиций в регионе. Но прежде чем считать убытки, стоит понять: для Трампа этот кризис - не ошибка, а многоходовая операция, где внешнеполитический хаос работает еще и на внутриполитический результат.
Часть первая. Внутренний фронт: как Трамп использует Иран против демократов - «Обама дал деньги врагам»
Нарратив о том, что предыдущая администрация финансировала противников Америки, Трамп оттачивал годами. В 2016 году он обвинял Барака Обаму в передаче Ирану 150 миллиардов долларов и тайной выплате 1,7 миллиарда наличными. Речь шла о разблокировке иранских активов и урегулировании старого иска, но для публики это звучало как «чемоданы денег террористам».
Теперь, когда иранские ракеты летят в сторону американских баз, Трамп получает идеальный аргумент: демократы оплатили эти ракеты, мы расплачиваемся за их глупость.
Демократы в ловушке
Оппозиция в Конгрессе пытается сопротивляться. Лишь каждый четвертый американец одобряет удары по Ирану. Демократы требуют голосования по резолюции о военных полномочиях, которая ограничит способность президента действовать без одобрения Конгресса. Но Трамп уже переиграл их. Каждый демократ, голосующий против военных расходов или критикующий операцию, может быть обвинён в поддержке иранского режима и предательстве американских солдат. Это работает безотказно, особенно в год промежуточных выборов.
Созданный кризис как способ консолидации власти
Парадокс ситуации в том, что Трамп сам во многом спровоцировал этот кризис. Выйдя из ядерной сделки в 2018 году, он разрушил систему сдержек, которая сдерживала иранскую ядерную программу. Иран начал обогащать уран до 60%, приближаясь к оружейному порогу. Теперь Трамп бомбит эти объекты и заявляет: я спасаю мир от иранской бомбы, которую создали демократы.
Внутриполитический выигрыш очевиден: Трамп получает идеального внешнего врага, мобилизует базу и уничтожает наследие Обамы. Но цена этого выигрыша - война, в которой США увязли уже на третий день.
Часть вторая. Внешний контур: по кому на самом деле попали ракеты - «Веерный удар»
Тегеран предупреждал: любой, кто предоставляет территорию для американо-израильских сил, становится законной целью. И это не пустые угрозы. Иранские баллистические ракеты и дроны поразили цели в Катаре, Бахрейне, ОАЭ, Кувейте и Саудовской Аравии. В ОАЭ под ударом оказались порт Джебель-Али и отели в Дубае, в Бахрейне уничтожен штаб 5-го флота США, крупнейшая американская база Эль-Удейд в Катаре попала под обстрел, а в Кувейте ранены военнослужащие.
Союзники США в Заливе получили ракеты вместо защиты. Они уговаривали Трампа не начинать войну - их не послушали. Теперь они оказались в ловушке: оставаться с США значит получать удары, уходить от США значит получать удары без защиты.
Экономика региона в шоке
Ормузский пролив - канал для пятой части мировых морских перевозок нефти - резко замедлил работу. Судоходные компании приостанавливают транзит, страховщики переоценивают риски, авиакомпании отменяют рейсы в Дубай и Доху. Цена на нефть марки Brent взлетела до 82 долларов за баррель, а аналитики прогнозируют, что полное закрытие пролива может поднять её выше 100 долларов. Для Европы, и так переживающей энергетический кризис, это катастрофа. Для Азии - удар по темпам роста.
Китай и Россия: наблюдают за крушением союзника
Иран был ключевым звеном в стратегических планах и Пекина, и Москвы. Для Китая - это не только значительная доля нефтяного импорта, но и сухопутный коридор «Пояс и путь», и площадка для расчётов в юанях. Для России - стратегический партнёр на Ближнем Востоке, с которым выстроены многолетние связи в самых разных сферах.
Пока Пекин и Москва ограничиваются дипломатическими заявлениями. Китай призвал к немедленному прекращению огня. Россия назвала удары предательством дипломатии. Для внешнего наблюдателя это выглядит как слабость. Но если Иран начнёт проигрывать по-настоящему, Москва и Пекин окажутся перед жёстким выбором. Потерять ключевого союзника и допустить укрепление США или вмешаться, рискуя прямой конфронтацией. Пока они выбирают первое, но это не навсегда. Россия долго запрягает, зато потом быстро едет.
Получается, что США, бомбя Иран, бьют по интересам своих главных геополитических конкурентов. И те пока не могут этому помешать.
Венесуэльский синдром: почему блицкриг провалился
В январе 2026 года американский спецназ захватил президента Венесуэлы Николаса Мадуро. Операция прошла молниеносно, режим рухнул, а Вашингтон получил контроль над крупнейшими запасами нефти в мире. Трамп, очевидно, рассчитывал повторить этот успех в Иране. Но не вышло. Венесуэльский сценарий невозможно использовать в Иране: там глубинное государство, как таковой верхушки нет. Иран - это система. Если уничтожить всё политбюро, ему на смену придет новое, и ничего не изменится. Вместо падения режима США получили объявление джихада и массированные ракетные удары по своим базам.
Игра в чужие ворота: чьи интересы защищает Трамп?
В Вашингтоне растёт понимание, что эта война может быть выгодна совсем не Америке. Политологи заявляют, что Трамп реализовывал интересы не США, а израильского лобби, под влиянием которого он находится. Директор Национальной разведки США писала в докладной записке, что конфликт с Ираном выгоден Израилю, но не США.
Действительно, премьер Израиля Биньямин Нетаньяху давно добивался уничтожения иранской ядерной программы. И теперь он получил войну американскими руками. Трамп же, выходя из ядерной сделки в 2018 году, а теперь нанося удары, фактически расчищает путь для израильской гегемонии на Ближнем Востоке.
Часть третья. Главный вопрос: перевесят ли внутриполитические выгоды внешнеполитические потери и потери ли?
На данный момент очевидно одно: США втянулись в войну, из которой нет простого выхода. Наземная операция исключена - у Трампа нет ни политической воли, ни ресурсов для ещё одного Афганистана. Но и прекращать бомбардировки сейчас значит признать, что иранский режим устоял.
Под ударом оказались все. Союзники США в Заливе получили ракеты вместо защиты. Европа получила рост цен на нефть и угрозу новой волны беженцев. Китай и Россия теряют стратегического партнёра. Иран теряет лидера, но обретает единство перед лицом внешней угрозы.
А Дональд Трамп пока получает ровно то, что хотел: войну, которую можно представить как борьбу с наследием Обамы, и политический козырь против демократов, который будет разыгрываться до самых выборов. 1,7 миллиарда долларов, выплаченные Ирану десять лет назад, сегодня превратились в миллиарды предвыборных бюджетов, рейтинги и лозунги. Иранские ракеты долетели до американских баз, но главный удар пока приняли на себя демократы.
Но вопрос в том, надолго ли этого хватит. Внешнеполитические последствия имеют свойство настигать даже самых искусных внутриполитических игроков. Если конфликт затянется, если цены на нефть пробьют потолок в 100 долларов, если американские солдаты начнут гибнуть десятками и риторика про «наследие Обамы» перестанет работать.
И здесь возникает ключевой момент, от которого зависит слишком многое.
Что дальше?
Пока тяжело судить, чем закончится этот конфликт. Слишком много переменных, слишком разные интересы сталкиваются в одной точке. Но контуры этих интересов уже начинают проступать сквозь дым взрывов. Для кого-то это война за ресурсы, для кого-то - за выживание режима, для кого-то - за внутриполитический капитал.
Одно можно сказать точно: Ирану надо устоять. Его падение окончательно похоронит идею о том, что у Глобального Юга есть хоть кто-то, кто может выдержать удар гегемона и не рассыпаться. Если Тегеран рухнет, следующим в очереди окажется любой, кто когда-либо осмеливался иметь собственное мнение.
И именно поэтому Россия и Китай должны это понимать. Пока их помощь Ирану выглядит недостаточной - дипломатические заявления, общие слова, никаких решительных действий. Но история учит: когда стратегический союзник оказывается на грани, приходится выбирать. Потерять Иран, значит открыть США дорогу к дальнейшему сжатию пространства, где ещё возможна альтернатива западному диктату.
Помощь не обязательно должна быть военной. Она может быть экономической, технологической, разведывательной, логистической. Но она должна быть значимой. Достаточной для того, чтобы Иран не просто выживал, а мог устоять.
Если Иран устоит - у многополярного мира есть шанс.
Подписывайтесь на Telegram-канал: https://t.me/world_is_simply
Комментариев нет:
Отправить комментарий