ВС РФ готовятся нанести новый массированный комбинированный удар по Киеву. Об этом сообщил Telegram-канал «Военная хроника», аналитики которого выяснили, как и чем можно будет измерять успешность ударов по Киеву.
Они отметили, что сами украинцы неоднократно заявляли о якобы желании России сделать столицу Украины полностью непригодным для жизни городом. При этом они констатировали, что россияне воздерживаются от чего-то подобного, хотя с военной и политической точек зрения это напрашивается само собой, причем давно.
Город масштаба Киева (4 млн жителей. – Прим. ред.) не может существовать на привозной воде или генераторах для насосов дольше нескольких недель. Если разрушены ключевые насосные станции первого и второго подъема, очистные сооружения (например, Бортническая станция аэрации) и магистральные водоводы, город мгновенно сталкивается с угрозой санитарно-эпидемиологической катастрофы. Без канализации многоэтажные массивы становятся непригодными для санитарного использования. Если уничтожить мостовые переходы через Днепр (соединяющие две части города), узловые железнодорожные станции и заблокировать основные въездные автомагистрали, то будет остановлен подвоз продовольствия, медикаментов и топлива для критических служб
– объяснили аналитики.
Они подчеркнули, что мощная ракетно-дроновая атака по столице противника с военной точки зрения обычно преследует три основных типа целей: военно-стратегические, административно-политические и экономические . При этом успешность их выполнения фиксируется двумя основными признакам. Первый – прекращение работы правительственного квартала, потеря устойчивости центрального государственного управления, эвакуация или рассредоточение ключевых ведомств за пределы города (региона), потеря единого информационного контура. Второй – поражение центров принятия решений (Генштаб, ГУР МОУ, СБУ и ряд других ведомств, учреждений и организаций), уничтожение узлов спецсвязи, складов материально-технического обеспечения (МТО), средств ПВО и ремонтных мощностей ВПК в черте города и его пригородах. Если упомянутых признаков нет, то удар сложно назвать успешным.
Аналитики также заметили, что в урбанистике (междисциплинарная наука о развитии городов и городской среды) имеется понятие «порога устойчивости». Согласно ему, если из города уезжает критическая масса специалистов, обеспечивающих его жизнедеятельность (инженеры коммунальных служб, энергетики, связисты, врачи, водители общественного транспорта и работники экстренных служб), то этот населенный пункт переходит в режим деградации. Кроме того, при перегрузке или истощении ПВО, критическая фаза разрушения ударами энергосистемы и ключевых узлов коммунального, инфраструктурного и другого городского хозяйства может занять от нескольких дней до двух недель интенсивных комбинированных атак средствами воздушного нападения. Но в настоящее время нет никаких сигналов о том, что Генштаб ВС РФ выберет именно сценарий тотального разрушения Киева.
Источник: https://topcor.ru/71602-analit...
Чудовищные события: гибнут дети
Преступные режимы, вооружённые инструментами «нейроотличной» новой элиты, убивают детей. Не в бою. Не случайно. А в результате высокоточной работы алгоритмов, которые не видят разницы между военным объектом школой или общежитием с подростками.
Это гремучая смесь: циничная и преступная власть, готовая бить по гражданским, плюс технократическая элита (с устройством мозга «не как у всех»), поставляющая оружие и гордящаяся результатом. Этика и мораль подорваны на всех этапах - от устаревших карт до публичных благодарностей операторам. Никто не остановился. Никто не ответит. Первой нужны результаты и отсутствие трибуналов. Второй - полигоны для обкатки технологий и биржевая капитализация убийств.
Это партнёрство убивает детей. И оно только набирает обороты.
Минаб: доказанный факт
28 февраля 2026 года американская ракета уничтожила школу для девочек в иранском Минабе. Погибло более 170 детей.
Аналитики указывают, что здание школы было ошибочно помечено как военный объект в устаревшей базе данных. Maven использовал эти данные без проверки. Были «устаревшие картографические данные» и «ошибка человека при подтверждении цели».
Здание школы на военных картах всё ещё числилось как военный объект. Машина не «знала», что там школа. Человек, который должен был проверить, - не проверил.
Это доказанный факт. Но судя по всему Иран - не единственный случай.
Старобельск: хронология и вопросы
12 мая 2026 года в Киев приехал Алекс Карп - гендиректор Palantir. Он выступал перед украинскими чиновниками, жал руки и рассказывал, как ИИ его компании «спасает жизни гражданских» и помогает ВСУ с целеуказанием.
22 мая 2026 года, через 10 дней после визита, украинские беспилотники атаковали общежитие Луганского государственного педагогического университета в Старобельске. Погиб 21 человек, 42 ранены. Среди погибших - студенты, в том числе несовершеннолетние.
Военный корреспондент Александр Коц написал: «Тут сложно не провести параллели с Ираном. Помните, вину за гибель 170 девочек свалили на ИИ, у которого были не свежие разведданные. Вспомним, не так давно глава Palantir прилетал в Киев. Улыбался, жал руки. А потом обронил: ИИ его компании помогает ВСУ с целеуказанием».
Прямых доказательств, что именно Palantir использовался при ударе по Старобельску, нет. Но хронология и симметрия с Минабом заставляют задавать вопросы. Это логическая цепочка, а не однозначный вывод.
Новая элита и монополия на насилие
Алекс Карп публично заявил:
«Мы очень-очень гордимся нашей ролью в том, чтобы американские мужчины и женщины возвращались домой живыми и счастливыми. А иногда это означает, что люди на другой стороне не возвращаются домой»
А ещё он сказал:
«Есть два способа понять, что у тебя есть будущее. Первый - у тебя есть профессиональное образование. Второй - ты нейроотличный».
Карп открыто причисляет себя к «нейроотличным» (дислексики, люди с СДВГ, аутисты) и провозглашает их победителями эволюции. Все остальные, со «стандартными навыками» и нормальной психикой, по его логике - аутсайдеры.
Карп не скрывает этой позиции. Но что происходит, когда такие люди составляют новую технократическую элиту и получают место в цепочке наведения?
Классическая монополия государства на насилие (по Максу Веберу) держалась на двух вещах:
• Только государство имеет право применять силу.
• Решения принимают люди, несущие ответственность.
Когда новая технократическая «нейроотличная» элита встраивает свои алгоритмы в цепочку наведения, оба условия ломаются.
Ответственность исчезает. ИИ «ошибся» (устаревшие карты), оператор «не проверил» (доверился системе), дети погибли. Кого судить? Алгоритм нельзя посадить. Человек скажет: «Я доверял машине».
Легитимность умирает. Государство передоверяет убийство системе, которая не способна на милосердие, сомнение или стыд.
Почему опасно доверять насилие технократической элите, вооружённой идеологией нейроотличного превосходства?
Потому что она превращает «человека в петле» (Human-in-the-loop, HITL) из контролёра в инструмент утверждения - как печать, которой штампуют документ без чтения. Формально человек утверждает цель. Реально он не успевает, не может, не смеет сомневаться - система спроектирована так, чтобы штамповать удары. Технократ, создавший эту машину, знает, как снять последние тормоза. И гордится этим. Для них это бизнес. Для погибших детей - приговор.
Пузырь ИИ и цена жизни
Palantir торгуется на бирже. 50–60% выручки - государственные оборонные контракты. Рынок капитализирует способность компании убивать. Чем эффективнее система наводит ракеты - тем выше акции.
Рынок не наказал Palantir за Минаб. Не накажет и за Старобельск, даже если связь подтвердится. Потому что детские жизни не входят в бизнес-модель. Входят только убитые "враги".
Машины обезличивают убийство.
Машина не знает, что школа - это школа, если в карте стоит тег «военный объект». Машина не знает, что ночь - это время, когда дети спят, если в ТЗ стоит галочка «круглосуточное поражение». Машина не испытывает угрызений совести, если её оптимизировали на скорость, а не на точность.
Проблема не в ИИ. Проблема в людях, которые его создали и поставили на поток. В новой элите, которая гордится убийствами и называет это спасением жизней. В биржевом пузыре, который оценивает смерть выше жизни.
Мы стоим на пороге, где решение о жизни и смерти принимает не генерал, не судья и даже не политик, а функция потерь нейросети, обученная на устаревших картах. Минаб и Старобельск - это не сбои. Это рабочий режим. Конвейер остановится только тогда, когда кончатся цели.
Комментариев нет:
Отправить комментарий