Многолетние упорные попытки определенных общественных кругов игнорировать данные факты и делать вид, что война и победа в ней – отдельно, а Сталин – отдельно, не просто постыдны. Они опасны.
Я не знаю, могут ли в православных храмах размещаться изображения, не относящиеся с христианским духовным доктринам или жизни Церкви. Просто потому, что не владею необходимой квалификацией и могу высказаться по теме максимум в формате «мне так кажется».
По существу же это вопрос к профессионалам в данной сфере. Полагаю, эксперты Русской православной церкви обладают соответствующими знаниями и могут квалифицированно судить о предмете.
Я не знаю, насколько хороши – с профессиональной и художественной точки зрения – витражи, которые создаются для главного храма Российской армии. Будучи профаном в искусстве, я оцениваю любые произведения по шкале «нравится – не нравится», а появившиеся фотографии создающихся работ пока создают слишком фрагментарное впечатление, чтобы на их основе я могла вынести суждение.
Но есть одна вещь, о которой я могу говорить с достаточно высокой степенью уверенности: если в будущем храме будут размещены изображения знаковых страниц военной истории России и государственных деятелей-военачальников, связанных с ними, присутствие там портрета Иосифа Сталина совершенно естественно.
Тут нет повода для политических или идеологических споров. Есть просто короткий набор фактов. Первый: Великая Отечественная война – ключевое событие отечественной истории, краеугольный камень современной российской нации и государства. Второй: Сталин был верховным главнокомандующим, под руководством которого наша страна победила в этой войне.
Многолетние упорные попытки определенных общественных кругов игнорировать данные факты и делать вид, что война и победа в ней – отдельно, а Сталин – отдельно, не просто постыдны. Они опасны. У нашей страны слишком обширный и печальный опыт вымарывания неудобных и не укладывающихся в догмы «единственно верного учения» страниц истории, чтобы его стоило повторять.
Собственно, ровно об этом сказал и председатель экспертного совета по церковному искусству, архитектуре и реставрации Московской патриархии протоиерей Леонид Калинин, который отстаивает необходимость отображения «исторической правды, из которой произвольно нельзя вырывать страницы».
Но даже более значимыми лично мне показались другие его слова. Он отметил, что «в воинском храме, посвященном Победе в Великой Отечественной войне, Парад Победы необходим, поэтому и Сталин там – вынужденно, может быть».
И вот это «вынужденно, может быть» крайне важно. Эти слова прозрачно дают понять, что протоиерей и сам не слишком рад появлению изображения генералиссимуса в храме – в свете мрачной роли, сыгранной советским лидером в судьбе православия, но он счел необходимым и верным переступить через свои личные взгляды и принять решение, основываясь на национальных и общественных интересах. Так, как он их понимает.
Может ли это его понимание быть ошибочным? Разумеется. Но согласитесь, что, когда во имя общего блага человек идет на уступки в собственных убеждениях, это выглядит куда более внушительно и вызывает больше доверия, чем люди, бескомпромиссно и страстно настаивающие, что их мнение и есть единственно правильное, гарантирующее счастье всем остальным.
К сожалению, примеры второго встречаются куда чаще первого, хотя государство на самом высоком уровне старается переламывать более привычные нам «стенка на стенку» и «либо так, как я считаю правильным, либо вообще никак».
Несколько месяцев назад Путин отвечал на вопрос, который вот уже несколько десятилетий является предметом жесточайших споров в российском обществе – о судьбе Мавзолея и тела Ленина. Он тогда заявил, что, на его взгляд, нужно оставить все как есть, «во всяком случае до тех пор, пока есть, а у нас есть, очень много людей, которые с этим связывают свою собственную жизнь, свою судьбу, связывают с этим определенные достижения прошлого, достижения советских лет».
Вне зависимости от своих личных предпочтений и отношения к теме захоронения тела Ленина, президент считает правильным в подобном вопросе руководствоваться более высокими и масштабными соображениями общественного блага. И в соответствии со своим видением таковых он полагает верным пока ничего не трогать. Жаль, что подобная гражданская ответственность и мудрость у нас по-прежнему не в чести. Так что вопрос, можно ли размещать портрет Сталина в храме, вообще не должен возникать.
Можно спорить, допустимы ли там в принципе изображения светской, военной и не религиозной тематики. Или все-таки Богу – Богово, а кесарю – кесарево? Но выделять – и исключать – одного «неудобного» и «неправильного» правителя из череды прочих нельзя. Просто нельзя. В том числе и потому, что абсолютно любому государственному деятелю, включая св. Дмитрия Донского, есть возможность предъявить длинный список допущенных им ошибок и несправедливо обиженных.
Впрочем, одно исключение из этого правила все-таки есть – и касается оно живых современников, которые продолжают свою деятельность и могут сами высказаться по поводу помещения собственного изображения в храме. Кстати, мнение Путина по этому поводу известно.
Ирина Алкснис
Как красноармейцы «насиловали немок» в 1945-ом
Советские войска, вступившие в Берлин в мае 1945 года (первые бои за предместья начались еще 21 апреля), были настолько заняты массовым изнасилованием немок, что…
2 мая в Берлине, для решения неотложных вопросов, связанных с выживанием населения и восстановлением города, начала работу «Группа Ульбрихта» — состояла из десяти человек — членов КПГ во главе с Вальтером Ульбрихтом.
2 мая на улицах Берлина появились первые полевые кухни тыла Красной Армии.
5 мая советская комендатура во главе с генерал-полковником Николаем Берзариным издала постановление о временном снабжении населения продовольствием. Суточная норма для взрослого составляла: 200 г хлеба, 10 г сахара, 25 г мяса, 10 г соли, 400 г картофеля, 2 г кофе.
Сахар, кофе…
Мало и жиденький ассортимент? Google в помощь – почитайте о продовольственных пайках в блокадном Ленинграде.
5 мая комендатура провела совещание с врачами из всех двадцати районов Берлина о срочных мерах и приказала фирме «Шеринг АГ» вновь начать производство лекарств.
7 мая вновь начал работу газовый завод в Лихтенберге — первым из восьми аналогичных предприятий.
10 мая Берзарин лично встретился и познакомился со всеми бургомистрами округов в своей штаб-квартире в Альт-Фридрихсфельде.
12 мая Берзарин утвердил в должностях предложенных ему членов нового магистрата.
(Кто-нибудь! Киньте ссылку на дневники – воспоминания членов магистрата, которые наверняка знали о сотнях миллионов поруганных немок!)
Первая автобусная линия в Берлине была запущена 13 мая.
Первые поезда метро стали курсировать 14 мая.
Первые трамваи вышли на линии 20 мая.
Первый поезд городской железной дороги покатился по рельсам 6 июня…
Спасшие немок от изнасилований союзники вступили в Берлин летом 1945 года. Первыми были американцы. Они заняли свои сектора оккупации – 3 июля.
Алексей Куракин
Комментариев нет:
Отправить комментарий