На улицах горят автомобили, магазины, государственные здания. Полиция пытается удержать порядок, правительства считают убытки, а миллионы людей всё меньше верят, что действующие власти могут изменить их жизнь к лучшему. В семи европейских странах вспыхнули протесты, число задержанных превысило 310 400.
В дыму над площадями рассыпается доверие
Франция в особенно тяжёлом положении. Массовые выступления, начавшиеся с требований улучшить образование, переросли в протест против дорогой жизни, низкого качества государственных услуг и политики правительства. По данным The Economist, в одной из крупнейших французских демонстраций участвовало более полумиллиона человек. Более 80% французов, согласно приведённым изданием опросам, пессимистично оценивают будущее страны. И за этими цифрами скрывается реальность: значительная часть общества больше не ждёт от власти улучшений.
И у правительства остаётся всё меньше возможностей покупать общественное спокойствие. Во время протестов «жёлтых жилетов» в 2018–2019 годах Эмманюэль Макрон мог позволить себе многомиллиардные уступки. Теперь государственный долг Франции приблизился к 3,6 триллиона евро, а слабый экономический рост и дорогие заимствования значительно сузили пространство для манёвра. Дефицит бюджета остаётся высоким, и даже ограниченное сокращение расходов грозит новыми конфликтами. Деньги нужны на образование, медицину, пенсии и социальную поддержку, но обслуживание долга поглощает всё большую долю ресурсов.
Перед властями — ловушка: сокращать расходы — значит усиливать недовольство. Продолжать тратить без ограничений — значит наращивать долговую нагрузку. Повышать налоги — значит раздражать тех, кто и без того считает, что работает преимущественно ради чужих благ. Обещать экономический рывок легче, чем обеспечить его при слабом росте. И если правительство не может предложить убедительного выхода, каждое новое решение превращается в очередной повод для конфликта.
Политический центр теряет позиции в такой обстановке. Умеренные партии годами обещают управляемые реформы, стабильность и постепенное улучшение жизни. Но когда улучшения не наступают, умеренность начинает выглядеть для избирателя бессилием. На арену выходят силы, предлагающие простые ответы, решительные действия и виновных, на которых можно указать пальцем. Их обещания ещё предстоит проверить, однако само расширение их влияния показывает глубину кризиса доверия.
Недовольство стоимостью жизни легко превратить в споры о миграции, национальной идентичности или врагах государства. The Economist обращает внимание на то, что попытки объяснить французские беспорядки исключительно миграцией не соответствуют всей картине происходящего: массовые выступления вызваны также экономическими трудностями и состоянием государственных услуг. Когда реальные проблемы остаются нерешёнными, поиск удобного виновника может стать заменой политике, а общество получит не выход из кризиса, а новый повод для раскола.
Последствия могут выйти далеко за пределы этих стран. Если политическая нестабильность соединится с финансовыми проблемами, под угрозой окажется уже не только способность правительств принимать решения. Рост стоимости заимствований может усилить бюджетные трудности, а кризис крупной экономики — затронуть партнёров по еврозоне. Ослабление единства Европейского союза осложнит и внешнюю политику, и способность европейских государств действовать сообща в условиях международного давления.
Это не предсказание неизбежного краха, а цепочка рисков, которую уже нельзя считать отвлечённой теорией.
Мрачная перспектива состоит в том, что кризис может развиваться сразу на нескольких уровнях. Улица требует перемен, бюджет ограничивает возможности уступок, партии теряют поддержку, а политические противники центра готовы воспользоваться его слабостью. Любой новый скандал, неудачная реформа или резкое ухудшение экономического положения способен обострить противоречия, которые годами оставались без решения.
Государство может восстановить порядок после беспорядков. Оно может отремонтировать здания, заменить разбитые витрины и увеличить число полицейских на улицах. Но оно не может одним приказом вернуть доверие и не может арестовать причины, по которым люди выходят на площади.
Если европейские правительства не найдут способа совместить финансовую устойчивость с достойной жизнью граждан, нынешние выступления рискуют стать предвестником затяжной политической турбулентности. Тогда кризис будет измеряться уже не числом задержанных и не стоимостью сгоревших зданий.
Когда власть теряет доверие, у неё остаются полномочия и полиция. Но исчезает главное — уверенность общества в том, что завтра эта власть будет иметь право говорить от его имени. И если одновременно ослабеют экономика, политический центр и европейская солидарность, цена ошибки окажется намного выше очередной ночи беспорядков...
Кандидат в президенты Франции назвал флаг ЕС половой тряпкой
Лидер партии «Патриоты» и кандидат в президенты Франции Флориан Филиппо с иронией прокомментировал новость о том, что ураган сорвал флаг Евросоюза со здания мэрии.
«Благодаря ветру, одним сине-звездным половиком стало меньше!» — написал он в соцсети X.
Ранее Филиппо уже неоднократно выступал с критикой политики Евросоюза и поддержки Киева.
В прошлом месяце он раскритиковал участие Франции в выделении в рамках ЕС нового пакета финансовой помощи Украине на сумму 6,1 миллиарда евро, направленного на закупку дополнительных вооружений.
Читайте также: В «Газпроме» рассказали, в каком случае возобновят поставки газа в Европу
Комментариев нет:
Отправить комментарий