четверг, 27 августа 2015 г.

Для Донбасса крымский вариант присоединения возможен, — политолог

ИЩЕНКО Ростислав

На 18 октября 2015 г. назначены выборы глав городов и районов Новороссии. Чем они ближе, тем больше разговоров о возможности проведения референдума о присоединении ДНР и ЛНР к России сразу после выборов.

«Население Донбасса, голосуя за независимость в 2014 г., голосовало практически за присоединение к России», — уверен политолог Ростислав Ищенко.

Он поделился с Накануне. RU своим экспертным мнением о том, быть ли референдуму, возможно ли присоединение Новороссии к России, и какие могут возникнуть трудности.

 Я думаю, что проведение такого референдума было бы логично. Во-первых, понятно, что на выборах эта тема будет обыгрываться. Неважно, выйдет ли с ней Захарченко или его оппоненты — эта тема выигрышная, ее будут использовать. Агитировать будут, в том числе и за счет обещания провести референдум о присоединении к России, потому что первый референдум проводился о независимости. Хотя, как мы помним, население Донбасса как раз выступало не за независимость, а за присоединение к России. Да и понятно, что сам по себе Донбасс существовать не может.

 Донбасс — это регион, ориентированный на крупную экономику, это металлургия, добывающая промышленность — ему нужны рынки сбыта. И существовать он может только при поддержке Российской Федерации, естественно, населению во всех отношениях — в политическом, экономическом, даже с точки зрения банального выживания — выгоднее быть не в каком-то квазинезависимом государстве, а войти в состав России. Поэтому оно проголосует, безусловно, подавляющим большинством за присоединение к России.

 Проведение такого референдума не обязывает Россию немедленно принять Донбасс в свой состав — когда-то и в Приднестровье проводилась подобная инициатива. По факту это расширяет пространство для маневра и для России, и для Донбасса, в том числе и на переговорах с нашими партнерами — то есть с Европой в рамках того же Минска. Я думаю, что вполне возможно проведение референдума где-нибудь в ноябре—декабре. Результаты ожидаю, конечно, позитивные. Население Донбасса сделало свой выбор однозначно еще в 2014 г., ведь ни для кого не секрет, что там ожидали крымский вариант. Мы же знаем, где оказался Крым, поэтому сомнения нет в том, что они, голосуя за независимость, голосовали практически за присоединение к России. Крым ведь тоже проголосовал вначале за независимость, потом за присоединение.



Какая будет явка, сложно сказать, но предполагаю, что не менее 60%. Причем тут надо понимать, каким образом будут считать общее количество имеющих право принять участие в голосовании, ведь на территории, подконтрольной ДНР и ЛНР жило до начала боевых действий 4,5 млн человек. А сейчас не больше 2,5 млн. Остальные уехали — кто в Россию, кто в другие области Украины. Если будут учитываться только 2,5 млн — «за» может проголосовать и 80%, и все 90%. Если будут считать все 4,5 млн, тогда, конечно, процент будет ниже, но все равно вполне достаточный для того, чтобы считать это состоявшимся волеизъявлением. Но я думаю, что будет никак не меньше 60%.

 Далее — вопрос присоединения. Теоретически это возможно, но не сразу. Во-первых, в любом случае требуется какое-то международно-правовое регулирование этого процесса. То есть Россия может хоть завтра сказать — да, мы присоединили Донбасс, как присоединили Крым, такова воля народа Донбасса. Но все равно рано или поздно потребуется международно-правовое признание этих территориальных изменений. Вот Крым до сих пор не признан мировым сообществом, присоединившимся к России. Естественно, Россия может не обращать внимания на такие нюансы — Советский Союз, например, не обращал внимания на то, что Соединенные Штаты не признавали Прибалтику его территорией. Никому от этого не было ни холодно, ни жарко. Но, тем не менее, всегда лучше этот процесс урегулировать. Во-вторых, сейчас ДНР и ЛНР контролируют около трети территорий областей. Очевидно, что они претендуют на всю территорию, как минимум, своих областей. Этот вопрос тоже надо урегулировать. То есть — где пройдет граница? Если пройдет российская граница — это же не будет линия фронта. Вот если их присоединить сейчас, то Украина окажется в состоянии войны с Российской Федерацией. Значит, требуется международно-правовое урегулирование этого вопроса тоже. И урегулирование во взаимоотношениях с Украиной — проведение новой государственной границы. Кроме того, требуется еще с точки зрения чисто технической обустройство региона: восстановление разрушенного, создание нормальных условий для жизнеобеспечения, создание нормальной администрации. Лучше туда завезти уже готовую администрацию, чем сначала присоединить, а потом думать, как это будет выглядеть. Поэтому я думаю, что как с точки зрения общей политической обстановки, так и с точки зрения собственных интересов России, безусловно, это не произойдет так, что сегодня проголосовали — завтра присоединили. Скорее, пройдет, как минимум, год. Может чуть меньше, может больше.

 То есть сначала надо завершить военный конфликт. Тогда можно обсудить границы. Поскольку Украина не собирается не под каким соусом признавать пока что, по крайней мере, отторжение Донбасса, следовательно, какое-либо обсуждение возможно только после военного разгрома украинской армии.


Сейчас Россия принимает вынужденные меры по взаимодействию с республиками и таким образом посылает сигналы Украине, которая создает на Донбассе условия для вымирания населения. Россия этого допустить не может — она производит определенные технические действия, которые должны стабилизировать ситуацию и обеспечить населению определенный уровень выживания. То есть она обеспечивает экономические связи через Южную Осетию, дает возможность восстанавливать какие-то заводы, запускать в работу.

 Люди рождаются и умирают, женятся, выходят замуж — все это надо фиксировать, выдавать документы. Украина своих документов не выдает, а эрзацы, которые штампуют Донецкая и Луганская республики, никем в мире не признаются, в том числе и Россией. И когда просто человек пересекает с этим документом границу — и у него, и у российских чиновников возникают проблемы, потому что даже помочь беженцам, которые приехали к вам с ребенком, а у него свидетельство о рождении ДНР — уже с точки зрения российского законодательства вызывает огромные трудности. Потому что этого свидетельства о рождении не существует с точки зрения международного права и с точки зрения российских законов. Значит, и ребенка с точки зрения законов не существует. А он же — вот, находится на российской территории, его же никуда не денешь.

 Поэтому вот-вот начнется процесс по выдаче российских документов, это способ легализовать этих людей. Кроме того, Украина не поставляет в Донбасс необходимую денежную массу для выплаты зарплат, пенсий — Донбасс переходит на российский рубль, по сути.

 Потом наступает какой-то момент, когда все эти изменения достигают определенной критической массы, когда остается только зафиксировать, что фактически Донбасс является российской территорией.

 Поэтому, безусловно, каждое такое действие является технически вынужденным, но каждое такое действие — это сигнал Киеву — вы посидите, подумайте. Потому что еще чуть-чуть и вы уже захотите вернуть Донбасс, а невозможно будет — он уже будет точно таким же российским, как Владивосток, Хабаровск, Челябинск, Архангельск, Астрахань.
Источник

Комментариев нет:

Отправить комментарий