Выступление Александра Захарченко сегодня на политсовете в Донецке

Поднялась на «революцию гидности» против тоталитарного режима, титушек, олигархов и ущемлений свободы слова.


Здобула диктатуру миллионеров, за полтора года ставших миллиардерами, беспредел вооруженных банд патологических «чикатил» в намордниках и уничтожение любых проявлений инакомыслия вплоть до сжигания книг и убийства их авторов.


Украинцы, свято уверовавшие, что на Донбассе и в Крыму живёт люмпенизированное дотационное быдло, унтерменши-пацаки, обязанные носить цаки, приседать и троекратно кричать «Ку!» (или «Слава Украине», что не меняет сути), никак не могут допустить мысли, что их самая боездатная в Европе армия терпит одно поражение за другим, перемалываясь на удобрения в котлах, не от путинских бурят-чебурешек, вооруженных сверхсовременными бластерами, а от этих самых «кротов», вчерашних «рабов Януковича».


Украинцы убеждены, что все их беды в экономике, — финансовом и реальном её секторах, — не результат бездумного скакания на майданах, не бездарность шаманов Петра и Арсения, задуривших им головы, а происки Путина и агентов ФСБ, которые повсюду.


Украинцы наверняка знают, «бо впэвнэни», что коварный Путин каждую ночь вводит «на тэрэны» от девяти до двухсот тысяч псковско-рязанских десантников.


Это и есть на самом деле гибридная война. Она идёт в головах «передовой европейской нации». И знаете каким будет её итог?



Фантомные страхи и внутренний рукотворный коллапс страны доведут украинцев до такого состояния панической истерии (или истерической паники), что они сами потребуют у Путина принять их капитуляцию…



С условием их дальнейшего пожизненного содержания:



«ВЗЯЛЫ У ПОЛОН, ТЭПЭР ГОДУЙТЭ!»

Сергей Веселовский

Кстати, этот седовласый дедушка со смешными усами — это Дмитрий Захарович Мануильский.

Умалишенные укры в первые дни как захватили древний Р̶и̶м̶ Киев снесли его памятник, т.к. ватник, колорад и коммуняка, которых известно куда — на гиляку.

Памятник, к слову, стоял в скверике на Липской и Институтской, напротив памятника-усыпальницы Ватутину.

Так и смотрели они друг на друга, два каменных истукана, сквозь тихий киевский квартал аж целых пол века. Пока не пришли те, чьи имена не будут записаны, кто является чужеземцем, говорит на непонятном им языке и был чужд их культуре, именуемые в Риме — варварами.

Антин Соколенчук