Могильный холод 1937 года
Сквознячком 1937 года потянуло над Украиной. Вы этого еще не чувствуете? Героический комбат Семен Семенченко, воспетый СМИ герой Украины, майор, награжденный Орденом Богдана Хмельницкого III степени… уже и не командир батальона, и не майор, а обыкновенный рядовой, против которого к тому же украинским правосудием возбуждено уголовное производство по ряду статей уголовного кодекса. В революционной державе обычно такое головокружительное падение оканчивается расстрельным приговором.
Что поделать, народ уже не спрашивает, где кружевные трусы и ЕС, а что ему завтра жрать. Но нельзя же народу прямо так в лоб и ответить, что революция – это коммерческий проект, в котором майданным прыгунам отведена роль баранов, которых сначала остригут, а потом забьют на мясо.
Нет, революция непогрешима, цели ее священны, но вот есть предатели святых идеалов майдана. Именно они и продали добытую кровью победу Путину. Для успокоения народа нужна кровавая жертва, желательно достаточно известная, чье имя у каждого в Незалежной на слуху.
Порошенко себя, любимого, естественно на роль жертвы не планирует. Яценюк тоже упирается, на роль жаркого не согласен. (А какое было бы блюдо, просто прелесть: кролик в шоколаде!) Кличко из списка сразу вычеркнули: бывший боксер пусть и тугодум, но когда до него доходит, бьет больно. Ярош зарылся в какой-то схрон на Западной Украине, вышивает бисером, продолжает ненавидеть врагов Украины, но вылезать наружу категорически отказывается.
Остается Семен Семенченко – идеальная кандидатура: и достаточно известный, и не жалко, и на защиту никто его не встанет. Никто? А батальон «Донбасс»? Неужели бойцы отдадут своего «батяню-комбата» на растерзание волкам с Банковской?!
Конечно не отдадут, потому что он им самим нужен.
Что поделать, народ уже не спрашивает, где кружевные трусы и ЕС, а что ему завтра жрать. Но нельзя же народу прямо так в лоб и ответить, что революция – это коммерческий проект, в котором майданным прыгунам отведена роль баранов, которых сначала остригут, а потом забьют на мясо.
Нет, революция непогрешима, цели ее священны, но вот есть предатели святых идеалов майдана. Именно они и продали добытую кровью победу Путину. Для успокоения народа нужна кровавая жертва, желательно достаточно известная, чье имя у каждого в Незалежной на слуху.
Порошенко себя, любимого, естественно на роль жертвы не планирует. Яценюк тоже упирается, на роль жаркого не согласен. (А какое было бы блюдо, просто прелесть: кролик в шоколаде!) Кличко из списка сразу вычеркнули: бывший боксер пусть и тугодум, но когда до него доходит, бьет больно. Ярош зарылся в какой-то схрон на Западной Украине, вышивает бисером, продолжает ненавидеть врагов Украины, но вылезать наружу категорически отказывается.
Остается Семен Семенченко – идеальная кандидатура: и достаточно известный, и не жалко, и на защиту никто его не встанет. Никто? А батальон «Донбасс»? Неужели бойцы отдадут своего «батяню-комбата» на растерзание волкам с Банковской?!
Конечно не отдадут, потому что он им самим нужен.
Конец комбата Семена Семенченко
По нейтральной полосе в сторону окопов ополченцев бежал человек. Вслед ему грохотали очереди. Человек петлял, стараясь увернуться от летящих за ним пуль, и высоко держал над головой руки. Ополченец Утюг, носивший звание сержанта, обернувшись, крикнул своим бойцам: «Не стрелять! Это свой».
Человек прыгнул через бруствер, скатился на дно окопа и тяжело задышал. Бойцы столпились вокруг него, кто-то протянул фляжку: «На, хлебни». Мужчина сделал несколько долгих глотков и закашлялся. «Ну все, - заулыбались бойцы, -теперь будет жить!» Подошел Утюг, склонился над перебежчиком: «Ты кто? Зовут как?» «Костантин… Я к вам». «Видим, что к нам. Успокойся, Костян, самое страшное для тебя уже позади».
«Утюг! – крикнул один из ополченцев. – К нам гости». Сержант приподнялся над бруствером. Со стороны позиций ВСУ шли трое. Шедший первым держал в поднятой руке серую тряпочку, предназначенной изображать белый символ перемирия. Утюг приложил к глазам бинокль и разглядел на рукавах троицы шевроны батальона «Донбасс».
Когда они подошли метров на 15, Утюг их остановил: «Че надо, ущербные?» «Мужики, отдайте нам нашего комбата!» Утюг обернулся к лежащему на дне окопа: «Не бздо, Костик, мы своих не сдаем! – и обернулся к пришедшим. – Хрен вам! Он теперь наш!» «Мужики, вы не поняли, это НАШ КОМБАТ, правда бывший -Семенченко. Мы за ним специально в Киев ездили, чтобы сюда привезти. Ребята давно горят желанием с ним по душам поговорить. Да верткий он оказался, сука, с машины сиганул – и к вам. Вы уж верните нам его, бойцы в батальоне ждут – не дождутся своего бравого командира, пусть и бывшего, уже все для встречи приготовили».
Над окопом от одного ополченца к другому словно шарик пинг-понга начало метаться: «Семенченко? Семенченко… Семенченко! Ах ты гнида!!!» Над сжавшимся на дне окопа бывшим комбатом «Донбасса» замелькали ноги в тяжелых берцах.
«Стой! – покрыл шум голосов рев Утюга. – Самосуда не допущу! Мы что, фашисты?!» Со всех сторон посыпалось: «Судить сволочь! 15 лет! И в шахту, с кайлом, уголек рубать! И без выхода на поверхность!» «Нет, – сказал Утюг, нехорошо улыбаясь – Нееет. Мы его… отдадим». В воздухе повисла гнетущая тишина.
«Аааа!!! – забился в истерике Семен. – Нет!!! Хочу в шахту! На 15 лет! Дайте, дайте мне кайло! Я буду стараться! Изо всех сил!!!» «Да ты что, дурачок? – развеселились ополченцы, - Мы ведь тебя ОТПУСКАЕМ! К СВОИМ!»
Утюг приподнялся над бруствером: «Эй, бандеры, забирайте вашего урода!» И повернулся к своим бойцам: «Отнесите этого ушлепка». Два ополченца, подхватив под руки визжащего Семенченко, потащили его к парламентерам.
Утюг угрюмо сплюнул себе под ноги: «На хрен он нам нужен. А то и вправду еще дадут ему из милости 15 лет. Пусть уж лучше его свои. Хоть душу отведут. Жаль только, что мы этого шоу не увидим»...
Человек прыгнул через бруствер, скатился на дно окопа и тяжело задышал. Бойцы столпились вокруг него, кто-то протянул фляжку: «На, хлебни». Мужчина сделал несколько долгих глотков и закашлялся. «Ну все, - заулыбались бойцы, -теперь будет жить!» Подошел Утюг, склонился над перебежчиком: «Ты кто? Зовут как?» «Костантин… Я к вам». «Видим, что к нам. Успокойся, Костян, самое страшное для тебя уже позади».
«Утюг! – крикнул один из ополченцев. – К нам гости». Сержант приподнялся над бруствером. Со стороны позиций ВСУ шли трое. Шедший первым держал в поднятой руке серую тряпочку, предназначенной изображать белый символ перемирия. Утюг приложил к глазам бинокль и разглядел на рукавах троицы шевроны батальона «Донбасс».
Когда они подошли метров на 15, Утюг их остановил: «Че надо, ущербные?» «Мужики, отдайте нам нашего комбата!» Утюг обернулся к лежащему на дне окопа: «Не бздо, Костик, мы своих не сдаем! – и обернулся к пришедшим. – Хрен вам! Он теперь наш!» «Мужики, вы не поняли, это НАШ КОМБАТ, правда бывший -Семенченко. Мы за ним специально в Киев ездили, чтобы сюда привезти. Ребята давно горят желанием с ним по душам поговорить. Да верткий он оказался, сука, с машины сиганул – и к вам. Вы уж верните нам его, бойцы в батальоне ждут – не дождутся своего бравого командира, пусть и бывшего, уже все для встречи приготовили».
Над окопом от одного ополченца к другому словно шарик пинг-понга начало метаться: «Семенченко? Семенченко… Семенченко! Ах ты гнида!!!» Над сжавшимся на дне окопа бывшим комбатом «Донбасса» замелькали ноги в тяжелых берцах.
«Стой! – покрыл шум голосов рев Утюга. – Самосуда не допущу! Мы что, фашисты?!» Со всех сторон посыпалось: «Судить сволочь! 15 лет! И в шахту, с кайлом, уголек рубать! И без выхода на поверхность!» «Нет, – сказал Утюг, нехорошо улыбаясь – Нееет. Мы его… отдадим». В воздухе повисла гнетущая тишина.
«Аааа!!! – забился в истерике Семен. – Нет!!! Хочу в шахту! На 15 лет! Дайте, дайте мне кайло! Я буду стараться! Изо всех сил!!!» «Да ты что, дурачок? – развеселились ополченцы, - Мы ведь тебя ОТПУСКАЕМ! К СВОИМ!»
Утюг приподнялся над бруствером: «Эй, бандеры, забирайте вашего урода!» И повернулся к своим бойцам: «Отнесите этого ушлепка». Два ополченца, подхватив под руки визжащего Семенченко, потащили его к парламентерам.
Утюг угрюмо сплюнул себе под ноги: «На хрен он нам нужен. А то и вправду еще дадут ему из милости 15 лет. Пусть уж лучше его свои. Хоть душу отведут. Жаль только, что мы этого шоу не увидим»...
Автор Klim Podkova
Юбилей еврейского погромщика Петлюры стал государственным праздником
Нация вечных плакальщиков придумала себе еще один повод для возбуждения гидности: украинский парламент признал днем скорби 90-летие убийства Симона Петлюры. Верховная Рада приняла проект постановления о праздновании памятных дат и юбилеев в 2016 году.
244 народных избранника проголосовали за государственное оплакивание и восхваление откровенного неудачника, лузера и инициатора еврейской резни. К слову, в Киеве одна из центральных улиц уже переименована в честь Петлюры, а к юбилею «герою» поставят памятник: как предлагают пользователи соцсетей - напротив синагоги в центре Киева.
Петлюра попал в список новых «икон» украинского политического стиля: согласно постановлению ВР, в этом году на государственном уровне будут отмечать памятные даты и юбилеи 15 событий и 60 выдающихся деятелей. В список деятелей, ценных для Украины, помимо Петлюры попали еще Иван Скоропадский, София Русова, Николай Миклухо-Маклай, Юрий Ильенко.
Кроме того, председатель парламентского комитета по вопросам культуры и духовности, журналист Николай Княжицкий, внес предложение о праздновании 2-й годовщины митинга крымских татар в Симферополе за территориальную целостность Украины.
Но, безусловно, идеи некрофильской мессы по антисемиту Петлюре, рулят. Страна победившей революции достоинства срочно строит новый пантеон героев, среди которых антисемит и предатель Петлюра занимает почетное место. Правда, остаются опасения: а что скажет на это решение Рады ЕС и Израиль? Приедут ли послы европейских государств и «земли обетованной» на юбилей погромщика евреев?
Напомню, что существуют документы французского суда, по которым убил Петлюру в мае 1926 г. еврей Шварцвальд. Его оправдал европейский суд, сочтя «приговор» справедливым. У еврейского населения Украины Петлюра ассоциировался с погромами. Еврейские организации утверждают, что более 40% уничтоженных в 1918 году евреев приходится на подручных Петлюры. Источник
Комментариев нет:
Отправить комментарий